– Стой на месте. Я пущу пулю ей в лоб до того, как сумеешь вырвать ее из наших рук. Или не ей… Азарий! – воскликнул Лисандр, благоразумно не сводя с Александра глаз.
Нелли обернулась на звук приближающихся шагов: к ним шел догмар – невысокий, но плотный и подтянутый, в простой рубашке и брюках, позади которого вышагивал второй, чуть повыше, ведя закованного в наручники, сопротивляющегося Зойла!
Как же она себя ненавидела.
– Отпустите его, пожалуйста. – Глупо, но то было единственным, что могла делать Нелли в этот момент – просить.
– Молчи, Нелли! – Зойл бросил на нее бешеный взгляд, ни то призывающий не унижаться, ни то выражающий нынешнее недружественное к ней отношение.
Однако молчать Нелли не могла:
– Пожалуйста, прекратите, что вы задумали?
Лисандр ее игнорировал.
– Знаешь, в чем проблема, Александр? – с некоторой досадой вопрошал он, стояло Зойлу и двоим догмарам остановиться по левую от него сторону – Нелли стояла по правую. – Я не хочу тебя убивать. Как и других ferus. Не хочу вас лишаться. Пока не хочу. Мы так долго не виделись и уже расставаться… – Он усмехнулся. – Парадоксальная ситуация, ты не находишь? Выискиваю возможности напасть, покалечить без самого желания калечить. Но дело даже не в этом.
– Тогда в чем же? – теперь уже рычал Александр. Он шагнул вперед. Между ними – метра три. – Лишили других игрушек?
– Дело в том, – хладнокровно продолжал догмар, – что мне не чуждо любопытство. Далеко не чуждо. У меня заготовлено множество сюрпризов… при вручении которых мне хотелось бы стоять где-нибудь в стороне и любоваться вашей реакцией. Много же мне времени потребовалось, чтобы понять это.
– К чему ты ведешь? – Еще один шаг.
– Настраиваю тебя на новую встречу, поскольку решающего боя сегодня не состоится.
Александр выгнул бровь: «Да неужели».
– Именно так, но… – Он привлек Нелли к себе, вырвав из рук догмара, – это уже зависит от твоего везения…
И ее швырнули вперед – сильно, больно, неожиданно.
Все происходило как в замедленной съемке: она успела прочувствовать каждое свое неловкое движение. Ноги заплетались, Нелли стремительно теряла равновесие, и под конец полета, на короткий момент, прекратив и вовсе ощущать опору под ногами, она упала в крепкие объятия.
– А так как я хочу, чтобы вы оба страдали… – Лисандр ладонью указал на близстоящего догмара, в следующий миг который вынул из-за пояса нож и одним резким уверенным движением всадил его в грудь содрогнувшегося Зойла. Нелли пронзительно закричала, безуспешно дернулась к падающему мужчине. – Как говорится, до встречи…
А дальше случился апокалипсис, в котором Нелли принимала весьма посредственное участие. Дым, слезы, давление на ребра; нехватка воздуха, туманная видимость – она не понимала, что происходило, и не пыталась понять. Единственное, что она могла – думать о Зойле и только о нем.
Они не могли убить его, не могли… воткнули… Где он? Что с ним? Ей нужно было к нему – найти, помочь, увести…
– Отпусти! – Наконец-то, выбравшись из удушающего захвата Александра, все это время сдавливавшего ей кости, Нелли побрела к Зойлу.
Позади нее зарождались крики, грохот, звуки борьбы, впереди – мелькали люди, казалось, шла война. Нелли не интересовало происходящее. В мыслях ее – только Зойл, перед глазами, все более теряющими четкость видимости – только он, к нему она приближалась, едва переставляя ноги.
– Зойл! Зойл! Очнись! – свалившись рядом с ним на колени, Нелли надрывно зарыдала. – Зойл, пожалуйся, посмотри… посмотри же на меня… – Сомкнув в ладонях голову мужчины, судорожно сжимая, а то и поглаживая щеки, она вонзилась в него глазами, всем существом своим побуждая прийти в сознании. – Ну же, Зойл, посмотри на меня! Слышишь? Прости меня! – Нелли кашляла и задыхалась, давилась слезами и скрючивалась в спазмах боли, однако не могла оставить Зойла, бросить здесь умирать. – Зойл! Ну, давай же, давай!!! – Она затеребила его рубашку, наткнулась на кровоточащую рану у сердца, постаралась зажать… – Зойл…
– Ну-ну плакать…
В начале решила, что послышалось: настолько слабым оказался голос.
– Зойл… – В ней расцвела надежда. В нервных, беспорядочных порывах Нелли стала гладить его по лицу. – Все будет хорошо, Зойл, все будет хорошо. Я вытащу тебя отсюда, обязательно. Ты только держись…
– Не плачь, Нелли…
Она сильнее разрыдалась.
– Зойл! – простонала Нелли. – Прости меня, пожалуйста, это все я… я виновата…
С ощутимой тяжестью подняв руку, Зойл неуклюже коснулся ее лица.
– Не виновата, – выдохнул он.