В один из летних дней, я прогуливался по праздничному городу королевства Руэнос, и увидел танцовщицу, отточенные движения которой заворожили меня. Худенькая невысокая девушка была одета в струящееся легкое платье голубого цвета. Ее взгляд остановился на мне, и я начал тонуть. Для меня прекратил свое существование весь мир. Он сосредоточился только в этих невероятно голубых глазах. Были только я и прекрасная девушка, все остальное перешло на второй план.
С того дня мы стали тайно встречаться и предаваться любви, наслаждаясь обществом друг друга.
Рождение сына стало отрадой. Я был самым счастливым существом на планете. Однако спустя двести лет, начал замечать признаки начинающегося увядания моей любимой. Ведуньи живут до пятиста лет. Сколько же мы еще сможем быть вместе?
В один из дней Сильвены не стало. Сын уже был достаточно взрослым. Он, как и прежде, хранил тайну своего происхождения от всех на свете. Бесплодная королева ведов по-прежнему играла роль его любящей матери.
– Отец, нам будет ее очень не хватать! – обнявшись, мы некоторое время простояли в молчании.
– Браин, если что, ты знаешь где меня можно найти!
Открыв портал, я направился к Руэне.
– Мне очень жаль, – встретила меня по-прежнему молодая и цветущая Богиня.
– Ты знала? – опешил я.
– Да. И достаточно давно.
– Но почему…, – начал я, но был перебит.
– Почему что?! Не сказала? Я ждала, когда ты наиграешься и вернешься домой. Надеялась, что одумаешься! – закричала Руэна. Девушка была вне себя от ярости.
– Ты и про моего сына знаешь?
Я увидел, как тень накрыла ее лицо, и понял, что жена впервые услышала об этом.
– Собирайся. Мракариан прибыл навестить нас. И, пожалуйста, сделай вид, что у нас все как обычно, а после поговорим.
Вернувшегося из путешествия по Вселенной брата окружали черные создания, от которых веяло первозданным холодом. Они вызывали в душе чувство нарастающего опасения. И я сторонился их. Казалось, эти существа готовились к броску, ожидая команды своего хозяина.
«Если бы Руэна предпочла мне Мракариана, все могло сложиться иначе», – с грустью подумал я, наблюдая за тем с каким восторгом брат смотрит на Руэну.
– Братец, рад был повидаться! Вы пока побеседуйте. Мне нужно вернуться в королевство ведов и поговорить с королем, – соврал я и шагнул в портал.
– До встречи, любимый! – крикнула в спину Руэна.
Я вышел прогуляться по зеленому саду, чтобы собраться с мыслями перед грядущим разговором.
Уйдя в себя, не сразу обратил внимание, как меня окружило само порождение бездны – ямуры. Я никак не ожидал их нападения…
Умирая, успел произнести заклинание перехода браслета к родственнику, коим являлся мой сын. И потерял сознание…
Очнувшись, не сразу понял где нахожусь.
«Отец?», – услышал я удивленный голос моего сына.
Я открыл глаза и увидел себя лежащим в покоях короля ведов. Поднявшись с кровати, медленно подошел к зеркалу и обомлел. Оттуда на меня смотрел мой Браин.
– Что? Но как?!
«Папа, что будем делать?» – спрашивал сын.
«Как это произошло?» – мысленно прокричал я, хватаясь за голову.
«Я не знаю. Сам задаюсь тем же вопросом».
– Руэна… – догадался я. Только она могла таким образом попытаться спасти мою жизнь, подселив мое сознание в тело сына – плоти от моей крови.
«Её больше нет!»
– Как? – опешил я и сел на кресло. Сын рассказал, что в саду были найдены наши с женой бездыханные тела. А после, Браин почувствовал слабость и упал, а очнулся уже вместе с моим сознанием в его теле.
Вечером того же дня я решил, что не могу забирать жизнь у собственного сына и отдал ему управление телом, уйдя в тень его подсознания.
Я был лишь сторонним наблюдателем. Оттуда и следил за ходом кровопролитной войны, которую развернул обезумевший Мракариан. Брат напрочь лишился любых эмоций, будь то сострадание, любовь или ненависть. Подобно замерзшей глыбе льда он шел по трупам к своей главной цели – убить всё живое и населить миры темными ямурами. Зрением Бога я увидел, что часть его души вырвана, а на ее месте чернеет субстанция монстра. Это что-то управляло Мракарианом.
Позже стал свидетелем нашей с сыном гибели, прочувствовав ту же боль, что и он.
Наши души остались в тюрьме вместе с моим младшим братом в ожидании перерождения. Однажды оно наступило.
В день, когда тюрьма приоткрылась, мы вылетели вслед за тварями бездны. Перед своей смертью сын успел запечатать часть наших с ним сил и сил застрявших в магической тюрьме дэймуров, на случай побега Мракариана. И они пригодились, впитавшись в души открывших врата магусов, чтобы уравнять шансы с обеих сторон. Ведь Браин понимал, что после запечатывания мира, источники иссякнут и магии в обеих половинах Тэвруса заметно поубавится.