В этот момент в дверь позвонили, а я так и лежала в комнате на полу, но через время поняла: в дом кто-то вошел. Шаги слышались по всему первому этажу и вот медленно приблизились к моей комнате. Мне даже не было страшно, потому что душевная боль поглотила меня всю.
Наконец дверь в комнату отворилась, и в проеме показался Костя.
– Саша! – Он подбежал и стал приподнимать мою голову. – Ты слышишь? Видишь меня?
Я кивнула и снова залилась слезами:
– Мама… Я видела маму…
Константин крепко меня обнял, поглаживая по голове, а когда я успокоилась, взял на руки и отнес в гостиную, усадив на диван.
– Прости меня, – сказал он, избегая прямого взгляда. – Я оставил тебя в тяжелый момент. Когда сообразил – вернулся, ты не закрыла за мной.
– Спасибо тебе, – я глубоко вздохнула, поправляя растрепанные волосы все еще дрожащими руками. – Мне было так плохо, когда я вернулась, словно разом обрушился поток эмоций.
– Саша, нам нужно серьезно поговорить. – Константин расслабил воротник рубашки и откашлялся. – Я знаю о тебе некоторые вещи, мне рассказывал учитель. Сначала выслушай, прошу. Ты была самая способная ученица из всех, что у него были, тебе, порой, удавалось такое, к чему ученики шли годами. Сначала Тоши гордился твоими успехами, но потом это превратилось в твою зависимость, из которой сложно выйти. Ты погружалась так глубоко, что могла просто не вернуться, несколько раз он с трудом возвращал тебя, ты должна эти случаи помнить. И только вмешательство твоего отца оторвало тебя от клуба.
Я вспомнила, как папа узнал про мое членство в клубе, после чего пришел туда и встал передо мной на колени с просьбой покончить с этим. Попросил и неожиданно заплакал. А потом там же у папы случился сердечный приступ, и я обещала больше в клуб не ходить.
– Да, все помню, – тихо подтвердила я.
– Ты очень способная, – продолжил Костя, – но тобой некому руководить. Тебе обязательно нужен старший, наблюдатель, консультант, просто друг, который знает эту тему, чтобы скорректировать твои действия и решения. Если ты согласишься на мою кандидатуру, обещаю, что не буду посягать на твою волю, только коррекция и советы. Это может быть другой человек, но он обязательно должен быть. Знаешь, как в цирке воздушный гимнаст прыгает, а внизу стоят люди из подстраховки, это необходимо.
– Иногда я сама понимаю, что такой человек мне нужен, поэтому пробовала рассказать сестре, но это не тот случай, потом приезжала к учителю, но такое ощущение, что он избегает разговора. Так что больше никого нет.
Костя опустил глаза и долго смотрел в пол.
– Я никогда себя не навязывал, но с тобой случай особый.
– Особый? Почему?
– Я чувствую. Возможно, даже встречался с этим, и если бы ты доверилась, я мог бы разобраться в твоем деле и помочь. Если меня не подводит интуиция, твоя ситуация очень серьезная. И крайне опасная. Но поверь, интуиция меня до сих пор не подводила, поэтому переживаю за тебя.
– Все так сложно. Если честно, мне здесь труднее становится, чем там, понимаешь?
– Понимаю, – Костя покачал головой, печально глядя на меня. – Чего ты боишься? Что я не пойму? Что вторгнусь на твою личную территорию?
Я пожала плечами:
– Сама не знаю.
– Я видел больше, чем ты. Мой опыт это твой, помноженный в тысячу раз. Я вращался в сложных событиях и знаю, как выйти оттуда. Мне известно, как бороться с теми, кого ты просто видела в астральных прогулках издалека. И мне трудно смотреть на то, как ты в одиночку вязнешь в болоте, но мою протянутую руку игнорируешь. – Константин замолчал и опустил голову. Так он просидел некоторое время, словно внутренне боролся с чем-то, затем посмотрел на меня и продолжил: – Я рассказал о себе столько, сколько знает только учитель. Мне тяжело тебя уговаривать, легче встать и уйти, предоставив самой выбирать. Но я снова себя не прощу, и будет еще хуже.
– Хорошо. Приму твою протянутую руку, – отозвалась я, заметив, как изменилось лицо Кости в этот момент. – Попробую довериться тебе, у меня выхода нет. Когда я здесь, на своей стороне, мои мозги начинают по-другому работать, а когда перехожу туда – все меняется.
Мне показалось, Константин расслабил скованные тиски и медленно выдохнул, будто все это время держал себя в напряжении.
– Спасибо за доверие.
– Знаешь, Ментор странно отреагировал, когда услышал о твоих словах. Прямо разозлился.
– Кто? – Костя нахмурился. – Это имя?
– Да, его так зовут – Ментор. Когда он услышал о тебе, стал ходить по комнате и спрашивать, кто ты, будто вспоминал.
– Как он выглядит?
– Стройный высокий блондин. У него такая мощная энергия, просто бешеная, я его боюсь.
Костя поднялся и направился в комнату под лестницей, я последовала за ним. Парень медленно подошел к стене, прижал ладони к поверхности и застыл. Я только разобрала в его шевелении губ имя Ментора, которое он монотонно повторял.
Спустя время Константин убрал руки от стены и обернулся, устремив на меня тревожный взгляд.
– Ментор… – повторил он. – Только не это.
– Что ты увидел? Что ты знаешь? – заволновалась я.
– Саша, ты должна рассказать о нем все. Сейчас же.
Я рассказала Косте о Менторе все, что знала. Ответила на все странные вопросы, пока не задавая своих, потому что видела серьезную заинтересованность моего друга в персонаже зеркального мира.
– Мне необходим полный анализ происходящего, – нахмурился Константин. – Я буду собирать сведения через тебя. И прошу, рассказывай все, каким бы странным вопрос не казался. Так надо, потом поймешь, обещаю.
– Хорошо, поняла.
Костя выглядел напряженным и сосредоточенным, словно глубоко в себе решал сложнейшую задачу, мне даже казалось, что его нет сейчас здесь, настолько отрешенно он ушел в себя.
– Мы должны победить, Саша. Обязаны. Только нужно быть вместе. Понимаешь?
Я кивнула, но понять тревогу моего помощника было сложно, ведь мне по ту сторону нравилось. Меня напрягал только Ментор, но Даниил предупредил о его возможностях еще до знакомства.
Костя поднялся и оглядел гостиную.
– Чего-то не достает в этой истории, – задумчиво произнес он. – Это что-то важное. Но я выясню.
Когда я провожала Константина за ворота, на пороге нам встретилась Зоя.
– Привет, – удивленно обратилась она к парню. – Неожиданно.
Костя мимолетно глянул на кузину, кивнув в ответ, сел в машину и скрылся за углом соседнего дома.
– Ты знаешь его? – поинтересовалась я, пропуская Зою в дом.
– А ты нет? – улыбнулась она.
– До недавнего времени не знала. Хотя Костя сказал, что мы учились вместе, только он старше.
– Так и есть. Он был по уши в тебя влюблен. Но куда уж Александрине Лиме снисходить до таких парней.
– Что? – Я раскрыла глаза. – Влюблен? В меня?
– Ага, – Зоя хитро прищурилась. – Что у вас с ним?
– Ничего. Да просто… просто о делах говорили.
– Какие у вас с ним могут быть дела, о которых я не знаю?
– Консультировалась по поводу своих случаев, про которые тебе рассказывала.
– Консультировалась с ним? – Зоя удивленно подняла брови. – А кто он у нас?
– Гордость Тоши Кимура. Учитель сказал мне, что Костя это его продолжение, и такие очень редко встречаются.
– Вот это сюрприз! А в школе был таким нелюдимым.
– Для способностей людимым быть не обязательно, – заметила я. – Как раз из таких отшельников вырастают сильные духом люди, или фантазеры, которые писатели. Посмотри на детство и юность Лавкрафта…
– Ой, Саша! – оборвала меня сестра. – Давай без третьих лиц, я все поняла. Пойдем, закажем пиццу.
Моя жизнь разделилась на две дороги. Дорога на моей стороне была в тягость, но я привыкла к ней. Приходилось делать вид, что у меня ничего необычного не происходит, я просто закрывалась маской и ждала, когда смогу скинуть ее и рвануть к другой дороге, которая ведет на ту сторону, где я хотела быть.
По крайней мере, я убедилась, что не сошла с ума, а действительно перехожу в другой мир за стеной. Костя был тому гарантом.
Этот парень меня здорово удивил, сначала способностями, затем желанием помочь, серьезным подходом к делу, а теперь прошлым: он был влюблен в меня в школьные годы. Но, как бы там ни было, Костя протянул руку, которая вытащит меня в сложный момент, почему-то я была в этом уверена.