– Пошли к Вигмару. Лишь бы жива была. А плохие мужья, если он есть, имеют свойство быстро умирать. Время нынче не спокойное.
После этих слов тату на руке зачесалось, присылая волну одобрения и сообщая о готовности наказывать неугодных. Видимо Черная Роза подкопила сил, потому что начала пробовать ползать по коже. Я морщилась, было неприятно. Цветок извинился и замер. Вилли не заметил моих передергиваний плечами. А вот Ги прищурил глаза. Хорошо, что не он мой опекун. Житья бы не дал.
Надеюсь, дядюшка все уже «объяснил». И они там довольные. Настроение Вилли странным образом передалось мне. Бывает у беременных, вынь да положь селедку в шоколаде. Только я не беременная, а желание отправить за девочкой сегодня просто распирало. Списала это на эмоциональность и нестабильность после постоянных перенапряжений.
Охрана около кабинета была нам не рада. Что уж там, сама не хотела, а рука уже стучала в дверь.
– Вигмар, Беатрис, даю пару мгновений и потом захожу не одна.
За дверью послышалась ругань Беатрис, что-то глухо упало. Прошло десять минут. Вошли. На красноречивые взгляды не обращала внимания. Роза снова поползла. Резко передернулась на ходу.
– Вигмар. У Вилли осталась сестра. Ей десять. Предлагаю поехать сегодня.
Дядюшка молчал.
– Возьми с собой Беатрис, проветритесь, – предложила ему. Выдохнула глубоко. – Меня очень тревожит ее судьба. Семейка там, сам знаешь какая. Забери, пожалуйста, – попросила его.
– Хорошо, – согласился опекун. – После…
– Полно тебе, езжайте. Сейчас. На обратном пути подаришь Беатрис те сережки, о которых говорил… Ой, – закрыла рот руками, – это же был сюрприз…Прости…
Девушки на Земле тратили столько средств на кремы, сыворотки, эмульсии. Чем только не натирались в попытках улучшить внешний вид. Глупые! Вот, наглядно увидела, как после слова «сережки», гармошка из кожи меж бровей Беатрис моментально разгладилась. Глазки заискрились. Лицо приобрело сияющий вид.
– Был…сюрприз, – поджал губы Вигмар. – Дорогая, иди собираться. Выезжаем.
Беатрис просто парила от счастья. Раз, и ее нет.
– Что за спешка, мелкая? Мне и утра хватило.
– Не знаю, – оттянула ворот платья, чтоб почесать. – Тату ползает, – пояснила двум парам круглых глаз. – Вилли рассказал… Теперь тревожно и мне. Нет нормального объяснения, – развела руками.
Вигмар переглянулся с Вилли, пока я пыталась почесать спину.
Через полчаса довольные кони резво неслись вперед, поднимая пыль. Карета увозила троих путников.
После обеда в саду, сидя на земле, под охраной Ги я решила помедитировать.
***
В ментале было без изменений. Черная Роза при моем появлении раскрыла лепестки и приветственно закачалась. Подошла к ней, улыбаясь.
– Ну, привет, красавица.
На стволе уже начинали появляться маленькие намеки на шипы. Села, прислонившись к стволу цветка. Она опустила цветок вниз на манер созревшего подсолнуха, полностью касаясь меня. Воинственная защитница попросила поделиться воспоминаниями жизни, чтоб лучше понять меня, окружающий мир и составить свою картину видения. Я вспоминала, она смотрела словно кино, задавая вопросы. Обсудили все, что можно. Начиная первыми земными картинками, заканчивая сегодняшним днем. Мое чудо ревностно заявило, что нам тоже необходимо периодическое слияние. Чем и занялись. После такой насыщенной программы она уснула. Не забыв поблагодарить за духовную близость и отношение как к равной, почти как к человеку. У нее формировался характер и эмоции.
Целительский дар снова безуспешно попытался что-то объяснить, пройдя струйкой сквозь голову. После недолго слияния вернулась в реальность. Глаза открывать не спешила. Тревога, что поселилась за сестру Вилли, прошла. Эмоциональный фон выровнялся. Сейчас, вспоминая несуразное поведение в кабинете, не могла понять: почему так остро отреагировала на историю? И почему они меня послушались, бросили все и помчались? Поток мыслей сбило ощущение чужого присутствия. Передо мной в такой же позе по-турецки сидел «ирод».
– Давно сидите?
– Когда сливаешься с источником, забываешь оставить якорь. Ты полностью уходишь в себя, становишься беззащитной. Любой идиот с тупым ножом успеет отпилить голову, пока проснешься. Вигмар говорил, есть купол, когда лечишь. Ставь. Или только в критических ситуациях? Резерв тянет сильно?
– Мммм…Могу попробовать…
– В другой раз, – оборвал наставник. – Сама дошла или учил кто?
– Мама учила представлять внутри себя.
– Умная мама… Когда купола нет, надо оставлять мысленный коридор. Представь, что от огромного входа идет коридор, превращаясь в тонкую нить на конце. Этот конец должен быть у тебя в ухе. На первое время. Потом сама сообразишь, куда цеплять удобнее. Как огромная пещера превращает слово в громоподобное эхо, так он должен усиливать все внешние звуки и ощущения. На следующем занятии будешь учиться слышать, сидя с трубкой в ухе. Затем должна будешь думать о чем угодно, при этом улавливая возможную опасность. Поняла?
– Да.
– Каков размер резерва?
– Не ваше дело.
– Правильно. Не будь дурой, трезвонить о силах. Если не хочешь, чтоб прибежал король или кучка аристократов, желающих спалить тут к чертям все и забрать ручного лекаря. Из тебя хреновый конспиратор. Ни одного накопителя. Ни одного артефакта. Как ты объяснишь второй дар?
– Откуда?
– Не твое дело, – белозубо улыбнулся мужик. – Будь всегда готова. Ты беспечна, словно слепой щенок. В каждой одежде, на каждой тряпке должен быть простой спасательный набор. Нож, иглы, хоть что-то у тебя есть? Боги веселятся за наш счет, одаряя центральные пешки. Не пригодится – считай, повезло.
– Все сделаю.
– Есть что от менталистов? Скоро представление ко двору. Только чихнешь, король будет знать все о твоих мыслях.
– Пока нет, но может, будет…
– Что с ядами?
– Нормально.
– Хочешь от меня чего?
– Вернуть физическую форму, вспомнить уроки рукопашного боя. Научиться черпать силу. Я использую реку, чтоб потушить свечу. Научиться восстанавливать резерв. Столько жрать – не вариант.
– Слияния не помогают?
– Мало.
– Что еще?
– Хочу освоить клинок.
– Подумаю, чем тебе не убиться. Я не твоя подружка. Человек человеку враг. Сопливые доверчивые дуры долго не живут. Вернуть форму и вспомнить бой Роззи Блэк не может. Потому, что не умела никогда. Так что фильтруй речь и включай мозги. У вас тут шпион на шпионе, всех травят и остаются в тени. А ты чешешь языком с первым встречным. Старуху свою опять отпустила, опять без артефактов. Прикрывай тылы, потом уже хоти драться.
– Идите вы в жо..
– Я там был много раз. В мире полно особенных детей, кому нужна моя помощь. Им никто не дает жрать и сладко спать. Буду здесь две туи. Может три. Захочешь, научишься. Захочешь, нет. Я тут из-за личной просьбы Вигмара.
– Поняла.
– Тогда чего сидишь. Иди работай над ошибками! – закричал «ирод».
– Да, учитель, – встала, склонила голову.
Он усмехнулся, перетек в вертикальное положение и пошел. Козел, конечно, редкостный. Но советы дельные. До прессинга на Земле, ему далеко. Но все равно пробирает. В сторону уходящего мужчины с руки сорвался коротенький черный шип, полетел медлено и упал в траву. Черная Роза обиженно «пукнула», как могла.
– Зверушке своей скажи, чтоб сидела тихо или била сильно, – не оборачиваясь, произнес мучитель. – И подбери за собой. У Вилли тоже.
Кажется, мы с Черной Розой скоро будем его ненавидеть вместе. В голову пришел соглашающийся отклик от тату.
***
Маргарет нашлась быстро. Она заранее обедала со всеми слугами. Мы вошли с Ги на кухню. И как-бы помешали. Кто стоял, кто сидел на полу, все повскакивали и склонились. Стульев не хватало.
– Продолжайте, – отвернулась от них. – Маргарет зайди, пожалуйста, потом к Алонсо. Всем приятного аппетита.
Пока не ушла было тихо. Постучала и вошла, после приглашения.
– Чего приперлась, болезная?
Мужчина сидел, положив голову боком на стол, уныло рассматривая стены. При моем появлении, поза не изменилась. Стало его жалко. Сочувствие толпой мурашек промаршировало по руке наверх, обосновываясь в сердце. Что-то терзало нашего мелкого говнистого повара, превращая в бесхребетное членистоногое.