– Вот и хорошо, что все при деле и ценят это… Слышала, я не справилась вчера?
– Слышала, госпожа, – тихо ответила женщина.
– Чтоб больше не допускать ошибок, мне нужна практика. Так что, будешь рожать, мы с Вилли придем.
– Как скажете госпожа, – кивала женщина.
– Тебя и еще троих, что видела здесь, на время переведут на кухню, на простую работу. Когда срок?
– Уже подошел, госпожа. Всем нам уже пора.
– Вот и прекрасно. После ужина подойдите к Алонсо, он вам скажет, что делать.
Женщины были рады. Еда поближе, да еще и Вилли придет. А то, что у меня свои причуды, так лекарь же. Нашла Вилли, предупредила. Сходила к Алонсо, предупредила и его. Повар был не рад, но отказать не мог. Зашла к Эдите, взяла кожаные ремешки, швейные принадлежности. Отдала ей пару ножей, шепнув, чтоб никто не знал, кроме нее. Пришла к себе и села шить. Эдита еще в первые дни сшила для меня набор шортиков, вместо кружевных панталон. К чехлам от ножей пришила круглые ремешки, чтоб одевать на ногу, как в фильмах. И , продырявив шортики внизу, прицепила самодельную кобуру. При встрече, попрошу швею сделать такие дырки на всех трусах. Мало ли мне туда прицепить надо будет. Пока обметала дырку на шортиках, исколола все пальцы. Выглядело мое произведение, как кособокая работа ученицы третьего класса с уроков труда. Переделывала, раз пять, зато выполнила задание. Сама.
***
После ужина встретились с Тобиасом. Рассказала о проделанной работе, выразила готовность идти дальше. Долго тренировали мысленный коридор. Под конец начала ощущать, когда «ирод» больно трескал прутиком по руке.
– Начало есть. Найдешь напарника, когда уеду. Теперь про восстановление резерва. Есть настойки. Дам рецепт, завтра сваришь разок под присмотром. Ошибешься, получится слабительное. Пробовать будешь сама, быстрее научишься. Найди фиал, лучше бы артефакт, но умельцев осталось мало, – почесал он подбородок. – Разложи в поместье в укромных местах, положи в вещи, в дамскую сумочку.
– Но у меня нет сумочки! – возразила ему.
– А зря. Там знаешь, сколько спрятать можно? А если сделать пространственный кармааан… К балу во дворце озаботься. Девицы дурные там, парни тоже чудят. Слабительного бери побольше, пригодится. Отвлекся, – выпрямил спину Тобиас. – Есть запрещенка – отнимать силы у других. Учить не буду. Запомни, в свой источник никого не пускай, выжмут досуха. Есть камни-накопители, есть камни усилители. У гномов водились. Сейчас почти все у короля. Что осталось, попрятано в сокровищницах богатых родов. Если доживешь до завещания, и тебе привалит счастья. Отец твой был артефактором. Есть особые водоемы. Опять же, тебе не грозит. Остается единение с миром. Чем и займемся.
Тобиас рассказал, что магия вокруг нас везде. Есть магические потоки мира. Они все время движутся, испуская маленькие частицы. Словно снежинки из облаков. Где-то много, где-то меньше. Задача мага накопить эти частицы в себе. Резерв самовосстанавливается каждый день понемногу. Если выкачивать себя до грани, увеличивается количество сил и скорость их восстановления. Разработаны специальные медитативные практики. Очень сильные эмоции, еда, занятия любовью – все это в разной степени тоже помогает.
– Это мой способ, как вижу я. В академии учат по-умному и по-другому. Есть вероятность, что сможешь увидеть частицы и впитать, поэтому и сказал. Ты несколько раз ходила по краю, проблем с резервом не должно быть…Хотя, он увеличился. Тогда пробуй. Не сможешь, покажу пару медитаций, как в академии. Но там жопу отсидишь, пока накопишь. Очень медленно. Одаренных мало. Сильно одаренных – единицы. Зачем давать калеке лошадь? Все равно не ускачет. Будет поток сильных, изменят обучение на толковое.
Легко сказать, трудно сделать. Учитель снова орал. Я злилась, все сильнее и сильнее. Поставила купол, отгородившись от него, и успокоилась.
– На первый раз пойдет. Учись успокаиваться не так явно.
После этих слов хотела просто взять его двуличную шею и душить, душить, душить. У Тобиаса был отвратительный метод обучения. Жаль, действенный с двойным, ато и тройным дном. Вроде изучаешь одно, а попутно столько, сколько он сам решит.
С первого раза чуда не случилось. Частицы не осенили своей благодатью. После урока далеко уйти не смогла. Прибежал мальчик с кухни. Одной из женщин, посланных на кухню, отошли воды прям у Алонсо в кабинете. Представив, как скривилось его лицо, громко расхохоталась.
Прибежала, как договаривались, в лабораторию Вилли. Процесс был долгий. Наш лекарь был за естественные роды. И мы мучались. Все. Роженица боялась орать, чтоб не травмировать мои нежные ушки. Вилли боялся, что это отразится на ребенке. Маргарет боялась за меня. Ири боялась за брата, мы спорили очень громко. Легче всех было Ги.
– Я тут лишний. Посторожу снаружи.
И ушел. Не успела я повозмущаться этим фактом, как в наш цирк пришло пополнение в виде бабки повитухи, что прискакала на свою основную работу. Она настырно пыталась выставить меня за дверь.
– Не должно девице раньше сроку видеть сие! – трясся от негодования старческий подбородок.
Я включила режим бронестекла. Глянула один раз «ласково». Бабку проняло. Стала брюзжать на расстоянии. От всех этих баталий роженица психовала сильнее. Она орала и охала, периодически притихая, всю ночь. Вилли – очень умный малый. Если все бабы прочухают, что можно рожать без боли, то житья не дадут.
На рассвете ребенок решил, что помариновал нас достаточно. Он был очень крупный и уже с приличной волосатостью на голове. Мальчик сразу закричал, как положено. Бабка не пустила меня обрезать пуповину, ревниво оберегая свои обязанности. Послед вышел быстро. Незаметно для всех, помня о сгустках крови у Люсии внутри, послала импульс в организм женщины, чтоб все вышло само.
– Вот! – торжествовала повитуха. – Чует бабье тело умелые руки!
Кто бы знал, что уроки Тобиаса по удержанию кирпича на лице пригодятся так быстро. Стоило огромных трудов не открыть рот в ехидных комментариях. Младенца обмыли. У новоиспеченной мамаши все было отлично.
Мое боевое крещение прошло легко, принеся минимум опыта.
***
Прошел день. Прогресса в тренировках не было. Пора было исполнять задуманное. Сибилла ежедневно пила настойку, по просьбе Вилли, для укрепления организма. Наш лекарь был в курсе упаднических настроений провидицы, и как и я, не собирался сдаваться просто так. Сибилла одно время спорила, отказывалась, но в итоге стала выполнять предписания, чтоб мы отстали.
Каждый вечер она приходила в лабораторию за свеже сваренным лекарством, получала его из рук Вилли и уходила к себе в сопровождении двух охранников. Сегодняшний день был не исключение. В привычное время раздался стук, Вилли открыл дверь. Я наливала настойку в пузырек.
– Сибилла, – кивнул парень, пропуская девушку вовнутрь.
– Вилли, – кивнула она в ответ. – Здравствуй, Роззи.
– Привет, – улыбнулась ей.
Сибилла забрала необходимое и пошла на выход. Шли последние дни беременности. Почему последние? Провидица вычистила за собой комнату, «незаметно» раздала нуждающимся большую часть своего гардероба. А еще служанка, что убирала в ее покоях, шепнула, что Сибилла подготовила именные коробочки и стопку писем. Она готова была попрощаться.
Стоя в дверях, Сибилла обернулась.
– Роззи, ты сможешь найти частицы, не останавливайся.
В этот момент все услышали, как полилась вода на пол. Воды отошли. Провидица нахмурилась.
– Все, Сибилла. Остаешься здесь, – заявила ей непреклонно.
– Но я видела…, – начал было она.
– Расскажешь потом, – взяв за локоть, подвела ее к умывальнику.