Много раз я смотрела вольфгарам в глаза, но никогда я не видела именно такого взгляда. А может, эти глаза были для меня особенными, потому что их помнила моя душа, я видела их с детства, засыпая, но в отличие от Грея о нем я не узнавала, я видела лишь взгляд. И вот теперь он снова.
Он до сих пор ходил в одних штанах, потому что я носила его рубаху, голодный и оборванный владыка клана. Как же это путешествие изменило наши жизни!
Я прикоснулась к его тёплому плечу, и, не отводя глаз, прошептала:
– Это не ненависть, и не безразличие, и не любовь, это какое-то другое, но очень сильное чувство, я не знаю, как его назвать. Не проси меня сразу стать другой, моё сердце тоже живет по своим законам, но я дала себе слово попытаться, раз уж нам суждено быть вместе именно так. Я пытаюсь осознать, что ты мой муж, но мне не просто, слишком уж неожиданно и больно перевернулась моя жизнь. Не оттого что ты плох Грей, а оттого что больно отрываться от того к кому прирос с мясом. Не вини меня, что я такая! Ты пытлив и умен, ты должен понять. Потому что я тоже начала смотреть на тебя другими глазами, честно, но не торопи меня, – я говорила мягким, дрожащим голосом, и вольфгар вдруг обнял меня. И проигнорировав мои последние слова, поцеловал меня в губы, прошептав:
– Тогда попробуй прямо сейчас.
Но так как он хотел бы, я не раскрылась, моя ответная реакция оказалась достаточно сдержанной. Грей недовольно фыркнул:
– Я ещё могу различать, когда женщине это нравиться, и когда она вынуждает себя к этому. Вообще-то у вольфгаров таких отношений не существует, пары складываются из-за очень сильного взаимного притяжения, а вот у меня, видно, будет всё по-особенному. Жена через силу.
– Прошло мало времени, и я не вольфгарка. Это у вас отношения быстровоспламеняющиеся и так же быстро остывающие, поэтому вы так легко меняете партнеров. Ты слишком стремительный Грей или мне называть тебя Хаям?
– Как хочешь. Я взял себе второе имя, чтобы мне было легче передвигаться по чужим территориям и пересекаться с другими вольфгарами, – буркнул он. – Ну, почему жрецы составляли пары из вольфгаров и людей?!! – вдруг возмущенно застонал Грей. – Мне с тобой сложнее, чем было отправиться в Харонские топи. Для меня, вольфгарского мужчины невыносимо и отвратительно постоянно уговаривать тебя стать моей, тем более что это уже было, и ты и так моя жена. Это идиотизм!
– Не переживай, не только вольфгары, мужчины из рода людей, относятся к этому так же. Почему-то абсолютно все мужчины считают, что они неподражаемы и достойны того, чтобы женщины падали к их ногам. А нужна ведь ещё неуловимая искра, нужны поступки, отношение, какое-то загадочное притяжение. Женщины это не примитивные самки, ясно тебе?! А ты и я это вообще беспрецедентный случай! – завелась я, чуть повысив голос.
– Да прям лёд и пламя, красавица и чудовище! – язвительно протянул Грей. – Искры значит, нет? Поступков мало? Иногда мне кажется, что ты слепая, Тара! Или ты делаешь это нарочно! Или ты думаешь, что это такой поединок упрямства, кто кого, ты меня или я тебя. И хуже всего, что выбора у нас с тобой нет! Я может, тоже хотел, чтобы на твоём месте был кто-то другой. Думаешь, я в восторге от всего этого?!
– Ладно, Грей, хватит. Остынь. Если мы сейчас снова поругаемся, лучше от этого не станет. Если уж нет выбора, давай будем просто терпимее друг к другу. – Я смотрела в эти пылающие глаза, пытаясь уловить там признаки спокойствия, но казалось, Грей и не собирался уравновешивать свою суть.
– Это ещё не всё. У меня нет видений. После того, как мы убили эту проклятую ведьму – я ничего не вижу! – с отчаяньем бросил он.
– И я ничего, – протянула я, задумавшись, – но я связывала это с переживаниями. Давай попробуем вместе! – потянувшись к нему, я обхватила его за шею. Я прикоснулась к его горячему лбу, шепча вместе с ним мантрагал, но … ничего. Мы повторили ещё раз и та же пустота.
– Почему так?
– Я не знаю, – прошептал Грей, пожимая плечами, – возможно воздействие темной силы, а возможно нам уже не хватает собственной, – он не спешил меня отпускать, наоборот, даже приподнял, усадив себе на бедро. Настырный хитрец снова меня подталкивал, ожидая от меня действий. Это уже действительно становилось похоже на поединок. Я поцеловала его. Первая. И у меня это получилось с каким-то отчаянным остервенением. Моё тело дразнило его, я играла губами, и вольфгар не устоял, в нём зажегся мужчина, но вот играли мы сегодня по моим правилам, поэтому на этом я решила остановиться, с большим трудом отстранив его от себя: