Это бы не понравилось Хаяму, но другого выхода у меня не было – резанув себя по запястью, я стала заливать свою кровь в рот умирающему Расу.
– Пей же Рас, пей! Я не позволяю тебе погибнуть, ты не можешь, ты нужен нам! Тир, зажми ему рану! Кто-нибудь позовите лекаря! – я была в отчаянье из-за того, что я теряла Раса, из-за того, что не смогла уберечь семью кузнеца.
– Хватит!!! – гаркнул, изменившийся знакомый голос, и сильная рука крепко сжала моё запястье, пытаясь остановить кровотечение. Ослабев, я перевела затуманенный взгляд в его сторону. На перекошенном вольфгарском лице пылали глаза полные негодования и беспокойства. Хаям смотрел на меня, не произнося ни слова. Видимо ощутив грозящую мне опасность, он заклинанием ветра перенес себя сюда. Первой пробормотала я:
– Я не справилась, Хаям, не смогла воспользоваться силой и люди погибли. Как у жреца, у меня не получилось им помочь. Я должна спасти хотя бы Раса, иначе я себе этого не прощу.
– Ты спасла его. Тара, твоя кровь теперь имеет необыкновенную силу! Но ты отдала ему столько, что этого бы хватило на пол сотни вольфгаров! Если бы я вовремя не появился, …спасать пришлось бы уже тебя! Ох, Тара, у тебя просто талант попадать в переделки и доводить меня до бешенства, – выдохнул он, и я уловила мелькнувшее теплое чувство в его глазах.
– Что здесь произошло?!! – всё ещё колотясь от своих эмоций, прорычал сквозь зубы Хаям, окинув взглядом собравшуюся толпу, продолжая сжимать меня за руку. И вид у него был устрашающий, лишающий дара речи.
– Крилендцы приняли к себе какую-то семью, уговаривая Тару отдать им в пользование её дом, – заговорил Тир, так как больше желающих отвечать перед владыкой клана не нашлось. – Мы отправились посмотреть на этих людей, и Тара почувствовала неладное. Всё случилось очень быстро, но эти твари надеялись на другой исход.
– Нет, они знали, что сдохнут! – резко бросил Хаям. – И те, кто их сюда послал, уже узнал то, что хотел, потому что, убивая, нужно связывать духи этих выродков, а вы этого не сделали. Черная каста осведомлена происходящим. А это очень плохо. И этого не случилось бы, если бы у кого-то хватило мозгов не пускать к себе чужаков!!! – в гневе выкрикнул Хаям в сторону собравшихся людей. – Ну, что вы до сих пор ещё сомневаетесь, что они скоро придут и за вашими душами?!!
– Этого не случилось бы, если бы у них были воины васау, способные различать и противостоять, – заметила я.
– Я не виноват, что у людей слишком мало зрячих душ! – проговорил Хаям, отпуская меня, и на месте пореза остался лишь затянувшийся испачканный кровью шрам.
– Мне не передаваемо жаль, Джеб, я сочувствую, – подошла я к кузнецу, рыдавшему над своей семьей. – Лукас, …ты хотел бы стать воином васау? – я обратилась к потрясенному и застывшему в своём горе мальчику.
– Тара, он слишком юн для этого! – громко возразил мне Хаям, оставшись стоять в стороне. – Да, у него есть способности, но не станут же люди создавать свои отряды васау из женщин и детей!
– А почему бы и нет?! – раздался из толпы решительный женский голос. – Если мы сможем защитить наши дома и семьи? Мы готовы бороться и мы такие же воины, как и наши мужчины!
– Да, по духу ты воин, – усмехнулся Хаям дородной женщине, матери троих детей. – И как жрец, я могу дать тебе силу васау, но обучать защите и давать знания таким воинам у меня нет ни времени, ни возможностей.
– Я буду обучать их! – твердо заявила я, упрямо взглянув в глаза своему недовольному этим мужу. – Только выбери из всех желающих способных! …У вас у всех есть шанс проверить свои силы! – обратилась я к крилендцам. И из толпы, к Хаяму решительно повалили женщины и подростки.
Какое-то время, раздираемый своей вольфгарской сутью, он не решался хотя бы даже взглянуть на них. На напряженном красивом лице играли желваки, а глаза въедались в моё лицо:
– И ты собираешься тренировать их здесь? Я категорически против, и не мне тебе в сотый раз повторять, что тебе как моей жене следует всё же подчиняться моей воле, и как дополняющий жрец, ты обязана следовать за доминантой! Проклятье, Тара, я не хочу, чтобы ты жила в этом …поселении! – бросил он.
– Ты хотел сказать дурацком? – усмехнулась я, – А не ты ли мне недавно говорил, что не время спорить на пороге войны, и что не важно рядом ты или через лес – мы всё равно вместе? А я не хочу по-дурацки торчать в вольфгарском шатре! Я буду тренировать отряды людей! Так мы лучше укрепим свои силы, быстрее победим врагов, и, в конце концов, закончится этот кошмар! Хаям, …ты тоже должен довериться мне, – закончила я уже шепотом, безотрывно глядя на него о многом повествующим, взглядом. И моя женская интуиция подсказывала, что он сдастся и на этот раз.