Я утвердительно закивала. Потому что путь по поверхности был намного дольше, а значит, больше времени я смогу провести с Камилем. Жаль, что тропы по открытой территории вольфгарам были очень даже хорошо известны, а то я бы водила их кругами, чтобы вообще не расставаться с этим кудрявым монстром.
Когда мы, наконец, спустились с горы, у подножья которой пристроился небольшой лесок, уже был полдень. Люди были голодны. Часть воинов принялась собирать хворост для костра, несколько человек отправились подстрелить какую-нибудь дичь, а вольфгары рассыпались, отправившись изучить окрестности, потому что эти земли уже не принадлежали клану Алишера. Даже Камиль оставил меня, «ненадолго», как он сказал. Я, Уин и Ирвин брели к пологому и поросшему мхом склону, насобирать ягод. Кислых, розовых, первых весенних ягод куманики. На голодный желудок она оказалась даже ничего, для того чтобы обмануть голод.
– Выходит, мы затопили часть западного лабиринта? – Ирвин кивнул мне в сторону виднеющегося жерла вулкана.
– Эта сеть лабиринтов была задумана очень давно и вся она построена на хитросплетенных ходах и ловушках. Даже русло реки было проложено по специально рассчитанному пути. Затопленные туннели можно и даже нужно восстановить. Стоит только в нужном месте построить временную дамбу, повернуть реку, поставить заслоны и забить заглушки в туннеле, когда вода спадет, а потом вернуть всё на места, – пожала я плечами.
– Как всё просто на словах, – протянул Уин, – но лучше привлечь к этому « построить дамбу и забить заглушки» наших союзников, так хоть сэкономим время и силы. Нужно же им куда-то девать свою шальную энергию. Вопрос в другом …, – тут Уин, не договорив, осекся, роняя ягоды. Мы с Ирвином резко оглянулись. С трех сторон на нас наступали неизвестные вольфгары, и по выражению их лиц, по их хищному огню в глазах – встреча с ними не обещала для нас ничего хорошего.
– Неверные шаги часто губительны! – предупреждающий оскал на красивом лице, прыгнувшего откуда-то сверху, и загородившего нас Камиля. Оба меча сверкнули в его ловких руках, занимая оборонительную стойку. – Предлагаю вам, парни, уносить отсюда ноги, и тогда, может быть, проживете дольше! – обратился он к чужакам.
– Это наша территория! И мы здесь будем решать, кому жить, а кому стать пищей! – огрызнулись те.
– Придется оспорить ваше право, – усмехнулся Камиль, убийственной улыбкой, зажигая в глазах беспощадный огонь. – Уин, Ирвин, думаю, вы не против поразмяться?
– Нам что драться с ними? – выдавил Уин.
– Нет, играть в прятки! – И Камиль ринулся, на выхвативших оружие вольфгаров. Быстро, четко, искусно, сильно. Это был не вольфгар, а самый настоящий смерч! Он молниеносно поразил своих соплеменников, даже не дав возможности Уину и Ирвину одуматься.
– Ну, и копуши же вы, люди! – Как ни в чем не бывало, протянул он, пряча мечи. Взгляд, брошенный на меня, тут же встревожился. И тут же Камиль оказался вплотную рядом со мной: – Ты так побледнела! Испугалась?
– Ты знал, что я не стану убивать вольфгаров? – еле слышно выдавила я.
– Ну, в общем-то, да.
– Камиль, ты убил своих собратьев! – я сама не могла понять, почему меня охватил такой ужас. Почему смертоубийство вольфгаров так защемило мою душу.
– Тара, эти собратья сожрали бы тебя, не задумываясь! Считай, что это были плохие вольфгары. Тем более ты знаешь – ради тебя я уничтожу кого угодно, – добавил он шепотом, безотрывно проникая мне в душу искрящимся взглядом.
– А если … если это будут твои родные братья? – не знаю, увидел ли он моё отчаянное терзание, но в его глазах всё же мелькнула искренняя боль. И Камиль ответил так же шепотом: – Дело в том, что если вдруг мне придется выбирать – я выберу тебя. Но мне бы не хотелось, чтобы такой выбор стал. Я по-братски люблю Михаса и Алишера, но моя любовь к тебе иная, она сильнее, эта любовь делает меня монстром для моего народа.
Свидетели мешали нам, не сдерживаясь, разобраться с нахлынувшими чувствами, поэтому из предосторожности, не прикасаясь друг к другу, мы разошлись в разные стороны. Но я продолжала копаться в своей душе, чтобы понять, что это такое в ней всплыло. Что это было за странное чувство, будто все вольфгары вдруг стали моими побратимами, будто они все играют важную роль в моей жизни, и теряя кого-то одного я испытываю огромную скорбь!? Я не знала убитых вольфгаров, но сейчас я была абсолютно уверена, что не могу видеть смерть этих созданий, и что они не должны нападать друг на друга.
– Да-а, это не очень нам на руку, – произнес, появившийся Алишер, – здесь неподалёку их селение, нам придется держаться ближе к скалам и передвигаться максимально быстро. Нужно успеть добраться до границы наших земель, пока на нас не накинулся весь клан камней.