– Ненавижу этот мир, ненавижу войны, ненавижу Рамира, ненавижу дурацкие устои, ненавижу расставаться! – шептала Тара, глядя вслед исчезнувшим силуэтам. – Что мне сделать, чтобы вы оставили нас в покое?!! – прокричала она, запрокинув голову в темное небо, зная, что ответа всё равно не последует.
Зная, что в её жизни наступили мрачные и тяжелые времена, что ничего не в силах будет скрасить её жизнь, что слабая надежда будет трепетать в её ладонях, пока она не отыщет его след. Она знала, что за эту любовь она босиком пройдет по раскаленным углям и острым осколкам. Что придется пролить не мало пота, крови и слёз. Но она выстоит. Она не может иначе. Она будет продолжать упрямо любить своего вольфгара!
***
И потянулись дни за днями. Монотонные. Лишенные всякого смысла и искры. Нет, жизнь вокруг меня мчалась, кружась водоворотом событий, это я застыла в ней. … Замерла. Завернулась в свой мрачный кокон, каждый день, напоминая себе о своей боли.
Я приняла отца Уина, улыбалась, о чем-то говорила, даже не помню. А душа моя, мои мысли были далеко, очень далеко. Мне даже перестали сниться сны и приходить видения. Я как будто падала в глубокую и бездонную яму. На дне которой был мрак.
Уин с облегчением выпроводил своего обнадеженного отца обратно в Бургон, и как нарочно, всё своё свободное время он пытался провести рядом со мной. И меня начали дико выводить из себя его тяжелые вздохи, тревожные взгляды, попытки заботы. Я сдерживалась из последних сил, понимая, что не он в этом виноват, тем не менее, превращаясь в замкнутую злобную мегеру. Почти в полном безмолвии, я отживала день за днем. Я ждала. …
И вот спустя несколько недель, видения вернулись. Они повторялись каждую ночь. Одно и тоже: «Я держу в руках старинную шкатулку, которую однажды у меня нашел Камиль». Просыпаясь, я уже наяву вертела в руках эту же шкатулку, понятия не имея, что означают эти видения. Я долго рассматривала выжженные символы кланов. Затем мне пришла в голову нарисовать их. Потом наложить один на другой, и у меня получился странный симметричный символ. И взглянув на отверстие замка, меня осенила мысль!
Целый день я проторчала у кузни, пока наш кузнец изготавливал для меня ключ, бросая на меня косые недоуменные взгляды. Я знаю, что выглядела уж слишком взбудораженной, но мне было плевать, лишь бы получить разгадку. Крилендцы уже привыкли к моему похожему на сумасшествие поведению, поэтому кузнец, наверное, не сильно удивился, когда выхватив из его рук ключ, я понеслась домой, как ошпаренная.
Как я и ожидала, это оказалось то, что нужно! Шкатулка легко раскрылась. Внутри находился очень старый папирус, который рассыпался в моих руках, как только я его прочла. Набор абсолютно не связанных по смыслу слов. Крышка и дно изнутри шкатулки тоже были исписаны какими-то символами. Ещё там был пузырёк со странной жидкостью, которую я не рискнула попробовать, и двухстворчатая ракушка, в которой было явно какое-то красящее вещество. Сунув в него пальцем, подушечка тут же приобрела синий цвет, и как я ни пыталась его оттереть, оно намертво впиталось в мою кожу. Я разочаровано пожала плечами. Содержимое шкатулки меня никак не впечатлило. Стоило создавать такой хитроумный замок из-за набора странных символов и дурацкой краски! Может, в пузырьке редкий яд? На ком бы его проверить? Повертев пузырек в руках, я снова захлопнула шкатулку, и бросила её на комод. «Не понимаю, почему я не вижу Камиля! Хоть что-то о нём! Хоть о ком-то из вольфгаров! Причем здесь эта шкатулка?!»
Лучше отправиться на крепостную стену. В последнее время я нахожу успокоение в том, что забираюсь повыше и сижу там часами, безотрывно глядя вдаль. В ту сторону, куда отправился мой Камиль. «Когда же это измениться? Хотя бы какой-то намёк. Или мои видения хотят сказать, что яд в пузырьке предназначен мне? Выпей и не мучайся?»
Возвращалась я обычно, когда начинало смеркаться. «Надо бы поскорее лечь спать пока не приперся Уин, иначе он меня доконает и я испробую пузырёк на нём!».
Не зажигая много света, я стала быстро раздеваться, и вдруг ошарашено замерла. На стене, прямо над моим ложем, копотью был выведен знак клана ветра!
– Что это чушь?! – пораженно произнесла я вслух.
– Попрошу уважения к символу моего клана! – раздался за спиной чужой низкий хрипловатый голос.
Я подскочила, как ужаленная, подхватывая брошенный мною меч, уставившись на незнакомца в моих покоях с ужасом, каким смотрят на привидения. И постепенно, когда волна страха улеглась, я узнала его – это чужак вольфгар из моих прошлых видений. Это он тогда спас меня у реки, это он следил за мной и Камилем. Это был тот вольфгар из клана ветра, который защитил меня от расправы Рамира. Но я всё равно угрожающе выставив меч, прохрипела: