Вчерашний день он провел в баре и даже не помнил, как вернулся в номер. Пройдя через город, Кейн дошел до некоего подобия стен из смеси мусора и бетона. Стоя перед воротами, он помахал рукой охраннику, подавая знак, что выходит.
Глава 2
Пройдя пост, Кейна встретили лишь жалкие остатки былого города, в котором раньше жили миллионы людей. Сейчас городом называлась лишь эта кучка с населением в пару сотен человек. Этот факт рассмешил его.
Кейн шел через пустые улицы, разбитые дома и машины. Если отойти подальше от свалки, на улицах все еще можно было найти множество вещей, которые раньше были либо обыденностью, либо невероятно ценными. Но сейчас это был просто мусор, ничем не ценнее камня.
Кейн шел улица за улицей, пиная ногой уже разбитые золотые часы. Его это неимоверно забавляло: всего-то 10 лет назад, чтобы получить такие, люди работали годами, а теперь это просто игрушка, о которой он забудет, как только неудачно пнет.
— Хе, уже темнеет, а я еще даже за черту города не вышел. Надо бы поторопиться найти укрытие.
После апокалипсиса каждую ночь на улицах стало опасно. Каждый выживший знал: если наступает ночь, надо найти укрытие, иначе выжить будет невероятно трудно. Сама тьма была опасна — люди, что оставались снаружи, либо исчезали, либо погибали от рук местных извергов. С этим можно было бы смириться, если бы не туман. В нем скрывалась настоящая угроза: тот, кто в него погружался, не мог вернуться живым. А если и возвращался, то уже не в образе человека.
Кейн зашел в бывшее четырехэтажное здание, которое теперь можно было назвать двухэтажным: последние два этажа снесло полностью. Остались только две стены по бокам, намекающие на былую высоту.
— Устал, надо бы поторопиться и подготовить место, а то стану монстром.
— Хаха, интересно, а став монстром, я так же буду столько трудиться или, наконец, смогу отдохнуть?
— Ха, ладно, пошутили и хватит. Пора приступать.
— Ну что, ты проспорил, Кейн?
Кейн резко выхватил старый револьвер и повернулся на звук. Повернувшись, он увидел банку с красной жидкостью, стоявшую на все еще целом столе.
— Джин?
— А кто еще? Я же говорил, что теперь я от тебя не отстану.
— Да, ты прям присосался ко мне. Что тебе надо?
— А ты догадайся.
(Опять его ухмылка. Как же бесит! Может, разбить банку?)
Пока Кейн размышлял, его лицо сменялось: с раздражения на озорство, потом на разочарование.
(Эх, если разобью, не понятно, что будет дальше. А так он просто ходит за мной. Стоп, он же банка, так что скорее перемещается?)
— Эй, Джин, ты ходишь или перемещаешься?
— Это единственный вопрос, который тебя интересует?
— Нет, просто любопытно. Ты банка на ножках или умеешь телепортироваться?
Кейн хотел продолжить этот странный, тупой, но веселый диалог, но внезапно понял, что еще не подготовился.
Кейн достал из сумки травы, порошок, свечи и лист бумаги размером с холст для рисования. Он рассыпал порошок на всех входах и выходах помещения, разложил бумагу на полу в центре комнаты и поставил по одной свече на каждый угол листа. Кейн достал старую, потертая бензиновую зажигалку и поджег фитиль.
— Прошу защиты.
— Прошу сокрытия.
— Прошу о спокойном сне.
— Прошу о безопасном месте во тьме.
Каждую строчку Кейн пропел четко, без запинки. После прочтения по комнате прошел легкий ветер и задул свечи по очереди справа налево, пока не потухли все.
— И кому ты молишься?
— А хрен его знает. Может, создателю свитка, а может, богу.
Кейн показал на лист бумаги со странным рисунком. На нем были различные геометрические фигуры — семь, пересекающихся друг с другом. Через каждую фигуру проходила красная линия. Если долго смотреть на этот рисунок, казалось, что это не просто изображение: фигуры текли одна сквозь другую, образуя новые символы и стирая старые. Так по кругу, создавая некое подобие цикла.
- Осталось шесть.
После его слов одна из фигур померкла и пропала с картины.
- Видишь?
- И что, так и будешь тут сидеть?
- Я бы тебе ответил со всей искреностью, только вот ты кто вообще? Кто такой?
- Догадайся.
- Опять?
- А что, не нравится?
- Тогда будь умнее и пойми уже сам, кто я.
- Ты не можешь сам сказать?
- Могу, но не хочу.
После этих слов на бутылке расцвела яркая улыбка из клыков.
(Бесит, как же он меня бесит.)
- Ладно, а чего ты ко мне пристал?
- Догадайся.
- Я тебя сейчас выкину.