Связь же всех прочих приграничных территорий и городов до сих пор осуществлялась с «большой землёй» через смену составов для пассажиров или же перевалку для грузов на специальных пересадочных и перевалочных станциях, которых насчитывалось в ЗОВО всего-то 5 штук. А потому требовалось, либо уберегать их от авианалётов, как зеницу ока, либо же выстраивать оборонительные позиции уже за ними — солидно так восточнее.
И чтобы не усугублять ситуацию ещё больше, добравшийся на одолженной машине до здания штаба округа Павлов срочно вызвал к себе своего зама по тылу вместе с начальником отдела Военных Сообщений. Требовалось как можно скорее прекратить всякую перевозку хотя бы военных грузов далее Минска, вернуть обратно то, что ещё не было разгружено на местах, а также определить волевым решением, куда всё это добро девать до поры до времени. Ибо склады самой столицы БССР и находящиеся на прилежащих к городу территориях уже все были забиты под завязку. На это генералу армии жаловался его главный тыловик ещё недели три назад, отчего немало вновь поступавших грузов, в том числе взрывоопасных, приходилось складировать просто под открытым небом, распихивая куда только можно, либо оставлять прямо в вагонах на станциях. Те же авиабомбы, к примеру, просто выкладывали стройными рядами прямо на действующих аэродромах. В редком случае вырывая для них небольшие канавки или капониры.
Как сильно-сильно позже было подсчитано какими-то умниками, всевозможного армейского имущества в три западных приграничных округа, включая ЗОВО, завезли до начала войны столько, что максимальная суммарная вместимость всех складов оказалась превышена на более чем 4 тысячи железнодорожных вагонов.
В прошлый раз страна лишилась большей части этого добра в мгновение ока и вновь могла лишиться теперь. Более того, не просто лишиться, а подарить всё это великолепие противнику! Допускать чего тот, кто ныне стал Дмитрием Григорьевичем Павловым, уж точно не собирался. Как говорится, не в этот раз и не в его смену.
[1] ПС-84 — двухмоторный пассажирские и военно-транспортный самолёт. Являлся советской лицензионной копией американского Дуглас DC-3.
[2] СБ-2 — двухмоторный скоростной фронтовой бомбардировщик конструкции Туполева. На начало ВОВ составлял основу фронтовой бомбардировочной авиации ВВС Красной Армии.
[3] Комиссия советского контроля при СНК СССР — орган проверки исполнения решений СНК СССР и контроля расходования денежных средств с материальными ценностями.
Глава 6
15.06.1941 Five o'clock
Кто-то в 5 часов вечера пьёт чай с плюшками, кто-то уже пьёт «горькую» под закусь или без, а вот Дмитрий Григорьевич, искренне желая осуществить и то, и другое разом, оказался вынужден проводить это время за изучением скопившихся документов.
Что при этом было особенно обидно — скопившихся у него же самого! У него прежнего — того, который совершенно забронзовел и полагал правильным сваливать на чужие плечи в том числе его собственную неотложную работу.
Теперь вот приходилось срочно разгребать за не менее нерасторопными подчинёнными. И разгребать, к ужасу генерала армии, не абы что, а проекты приказов командирам полков, дивизий, корпусов и даже армий по их действиям в условиях введения военного положения.
Да-да, те самые пресловутые красные пакеты, о вскрытии которых с началом боевых действий не упоминал в будущем лишь ленивый историк, на самом деле не были готовы и уж тем более не были разосланы по частям и соединениям ЗОВО. Что называется, внезапно обнаружился ещё один гвоздик в крышку его персонального гроба, неиллюзорно маячившего где-то там, впереди.
Во всяком случае, на 15 июня 1941 года ещё только предварительные наброски планов действий для войск хранились в сейфе начальника оперативного отдела штаба округа в ожидании именно его, командующего, решения. О чём Павлов неожиданно для самого себя припомнил, когда в ходе обсуждения функционирования железных дорог затребовал у своего зампотыла данные об организации снабжения войск. Ведь даже получение с окружных и головных складов боеприпасов с топливом по нормам военного времени регулировалось как раз приказами, должными быть вложенными в те самые красные пакеты. Без них же командование войсковых частей могло рассчитывать лишь на пополнение тех запасов, что хранились непосредственно в их расположении. А это зачастую составляло 1–2 боекомплекта и 1–2 заправки топливом, если таковое, конечно же, вообще имелось. Всё же лето являлось порой всевозможных учебных стрельб и выездов на полигоны, так что и бензин, и патроны, и снаряды, и много чего ещё уже было потрачено подразделениями в солидных объёмах. Потрачено порой до такой степени, что те же танкисты могли рассчитывать лишь на половинную заправку баков своих боевых машин и в лучшем случае на 1 боекомплект, которого хватило бы на 1–2 боя. После чего оставление техники в качестве трофея наступающему по пятам неприятелю становилось просто-напросто неизбежностью.