Когда взгляд серых глаз вновь упал на кровь что текла с головы жертвы, она поняла, что та Анна, хотела избавиться от крови до того, как она впитается в пол. Взяв средство для посуды, губки, щетки и тазик она начала оттирать кровь. Анна тщательно вымыла пол, несколько раз меняя, воду. Работала она молча, стараясь не думать о том, что натворила. Все это было лишь кошмарным сном, которое также являлось её прошлым, она была уверена в этом. Закончив с полом, перешла к остальным поверхностям, где были следы крови.
Разобравшись с уликами, Анна поднялась и подошла к окну, слегка отодвинув штору, она осмотрелась. На улице было тихо и темно, идеальное время для выхода без пяти минут убийц на улицу. Она повернулась к телу, прикрытому скатертью, и решительно направилась к нему. К этому времени Ирина как раз успокоила малыша и вернулась на кухню. Но ещё на пороге увидев тело снова чуть не вскрикнула, Анна быстро шикнула на неё.
— Нам надо закопать тело, — прошептала Анна, ища глазами что-нибудь куда можно было бы спрятать тело — так что чтобы вытащить его нам надо будет т расчленить его.
— Ч—что с—сделать? — в шоке спросила Ирина, в её голосе проскальзывали нотки больше похожие на писк, было видно, что она боится и возможно ещё не совсем понимает, что происходит.
Но по мнению Анны у её доброй, милой и немного наивной подруги, была несмотря на истерику, довольно спокойная реакция. Она даже задумалась не было ли это спланированным действием. Для неё было странным почему та не позвонила сразу в полицию, несмотря на то что Анна из прошлого явно дала ей много возможностей, оставляя подругу без присмотра после такого.
— Расчленить, он большой и тяжёлый
— Я, я понимаю — она отвела взгляд и заметила тазик с губками и окровавленными тряпками — Т—ты пыталась убрать улики? — уже более тихо спросила Ирина
— Да, но запах крови и немного следов на полу всё ещё осталось.
— Я слышала, что отбеливатель помогает для того, чтобы избавиться от крови
— Тогда я займусь телом, а ты избавься от оставшихся улик
— Хорошо
Ирина, дрожащими руками помогала Анне заворачивать тело в плотную ткань. Каждая складка, каждый узел казались им приговором. Молча, они вынесли сверток из квартиры, стараясь не привлекать внимания соседей. Но каждый взгляд, каждая тень казались им подозрением.
— Ты умеешь водить?
— Н-нет.
— И я нет… но ты сейчас не сможешь водить, так что давай я. — Удивительно, что не смотря на свою бесхарактерность, Анна всё ещё держалась возможно сработал тот факт, что рядом с ней был человек в более худшем состоянии, что теперь на девушке была ответственность за неё.
В машине воцарилось гнетущее молчание. Анна вела машину быстро, но уверенно, избегая резких движений. Ирина, свернувшись калачиком на пассажирском сиденье, смотрела в окно, пытаясь не думать о том, что лежит у них в багажнике. Но образ Андрея, каким он был еще несколько часов назад, преследовал ее с неотвратимостью кошмара.
Они выбрали глухое место в лесу, далеко от дороги. Под покровом ночи они выкопали неглубокую могилу и опустили туда тело. Работа отупляла, но не приносила облегчения. Боль оставалась, сжигая их изнутри. Засыпав могилу землей и замаскировав ее ветками, они вернулись в машину.
Обратный путь казался бесконечным. В квартире их ждала тишина, которая давила сильнее любого крика. Анна и Ирина сели на диван, уставившись в пустоту. Они понимали, что перешли черту, после которой нет возврата. Их жизнь навсегда изменилась в тот момент, когда они решили скрыть правду. И теперь им оставалось только ждать, надеясь, что их тайна никогда не будет раскрыта.
***
Анна открыла глаза от необычного шума в доме — будто кто‑то ходил за дверью. Не так, как ходит Белла: собака цокала когтями, а тут было шуршащее, тягучее движение, от которого по спине пробегал холодок. Это не сосед, не случайный гость: будь кто из знакомых, её бы предупредили. Значит, в доме посторонний. Или… вовсе не живой.