— Ты следил за мной?
— Возможно…
Он уклонился от прямого ответа, но Анне и не нужны были слова. Она поняла всё: этот человек следил за ней, и, скорее всего, давно. И не просто смотрел — он готовился. Сложно так быстро достать фотоаппарат и сделать кадры с разных ракурсов, поймать момент за доли секунды. На первом снимке она только замахивалась, ещё не решившись до конца. И это именно он ей писал. В городе Х Герман был таким же, хоть она и старалась не замечать. Но с самой первой встречи, она не раз замечала, как он рисует её, но раньше это не казалось чем-то предосудительным.
— Что ты хочешь? Если бы хотел сдать меня, уже отнёс бы улики в участок.
— Я хочу вернуть всё. Просто подумай, разве я когда-то делал тебе больно? Я даже не сдал тебя. Всё что я хочу чтобы ты приняла мои чувства.
Его слова прозвучали как приговор.
— Нет. Я никогда с тобой не буду, — проговорила Анна, медленно отступая на шаг, потом ещё на один, спускаясь на пару ступеней вниз. Голос звучал твёрже, чем она чувствовала себя на самом деле. — Ты же сумасшедший. Ты преследовал меня.
— Стой!
— Нет!
Она резко развернулась и побежала вниз, перескакивая через ступени, цепляясь за перила, чтобы не упасть. Бег был её единственным верным вариантом — так она спасалась всегда.
Сзади раздался тяжёлый шаг, потом ещё один — Герман сорвался за ней. Анна слышала, как его дыхание становится ближе, чувствовала, как воздух в лестничном пролёте сгущается от напряжения. В последний момент она ощутила резкий толчок в спину. Время будто растянулось: она летела вниз, успевая заметить каждую щербину на ступенях, каждую облупившуюся краску, каждый скол на перилах. Возможно, он и не хотел её толкать — может, просто потерял равновесие, потянувшись схватить её за руку. Но сейчас это не имело никакого значения.
В тот миг, когда падение казалось бесконечным, в голове вспыхнуло воспоминание: их первая встреча. Тогда они тоже падали с лестницы — вместе.
Анна улыбнулась, и улыбка вышла горькой, почти насмешливой. Жизнь её состояла из коротких взлётов и бесконечных падений — не то резюме, которым хочется хвастаться, не та история, которую рассказывают ради сочувствия случайному прохожему.
«Как же это иронично» — пронеслось в голове.
И, возможно, сейчас эта жизнь подойдёт к своему логичному завершению.
***
Анна любила жизнь и чёткие расписания — они не давали ей лениться, давали просыпаться в тёплой постели под пуховым одеялом. Но сегодня, открыв глаза, она увидела небо. Этот день стоило отметить кружочком в календаре: впервые она проснулась не дома. Накануне она уснула на скамейке в парке.
Подняться сразу не получилось: от долгого лежания на твёрдой, неровной поверхности тело затекло, и каждое движение отзывалось ноющей болью. Вместо уютного одеяла на ней лежал тонкий слой снега. Анна стряхнула его с себя, а тот, что остался на скамейке, скомкала в руках. Снежок не получился: воздух был недостаточно влажным, и снег просто рассыпался, стоило ей раскрыть ладонь. Но это её почти не волновало. Важнее было другое: снег не казался ей холодным.
За неделю с тех пор, как ей начали сниться эти сны, всё слишком изменилось. Идеальный город Х рушился на глазах, будто пытался подстроиться под воспоминания Анны, удержать её, исправить неточности. Но чем сильнее он старался, тем яснее становилось для девушки: что‑то идёт не так. Раньше здесь не щебетали птицы — их тут никогда не было, — и не бегали дети. Единственное, что этот мир не мог подделать, — ощущения Анны.
Вокруг всё оставалось каким‑то «неживым». Не было ни холода, ни жары. Ветер, даже в самый ветреный день, будто обходил её стороной. Дождь намокал одежду, но сама она оставалась сухой, не чувствуя влаги. Эти ощущения были по-настоящему живыми — но не для этого места. Они принадлежали телу, которое находилось, где‑то далеко.
Если Анна не ошибалась, мир, где она сейчас была, — лишь образ, созданный её сознанием. А сама она застряла в состоянии, когда не можешь проснуться.