Вожатая оглядела притихшие ряды, эдак со вкусом, явно наслаждаясь моментом:
- И именно этому нам предстоит научиться в этом походе! - В ушах у меня опять заиграл гимн СССР, и я помотал головой, отгоняя наваждение. – Пионеры! Р-равняйсь!
Я привычно оставил голову прямо, как самый высокий в строю, остальные повернулись ко мне.
- Смиррррно! – Мы вытянулись во фрунт, преданно поедая глазами пустоту перед собой. – На сборы к костру, шагом… арш!
Алиса показала мне язык и испарилась в вечернем воздухе за долю секунды до того, как я подошёл. Всё ещё дуется, да? Обижается на то, что я никак не хочу влазить ни в один из столь лелеемых стереотипов. Да и ладно!
От площади до домика было рукой подать, и я открыл дверь, между делом размышляя чего бы взять с собой. Музыку, понятно, беру. Сотик? Хм… Подумав, я перевёл машинку во флайт режим с целью экономии батареек и оставил в тумбочке. Плавок всё ещё не было на месте, и даже вспомнившаяся ни к месту детская: «Суседушко-домовой, поиграй и отдай!» ситуацию не спасло. Сказать по правде, я сильно удивился бы, если бы спасло!
Дождевик всё ещё висел на полуоткрытой дверце шкафа, и я убрал его внутрь – едва ли будет ещё дождь. А вот свитер прихватил – перевязал его на плечах цыганским платком, узлом на рукавах. Сам не надену, так хоть согрею кого-нибудь.
«Ульянку, например! Она выразит свою благодарность в виде трёх жуков-оленей под одеялом!»
Джинсы стояли колом – кто бы там в прачечной ни трудился, ему явно переплачивали!
Подумав ещё немного, я решительно захлопнул дверь и вернулся на площадь. А в голове всё крутился и крутился отрывок из гитарной партии, позавчера исполняемой Алисой. Я понял вдруг, что сейчас у костра она будет точно такой же – открытой, честной. Выплёскивающей каждую эмоцию в касаниях струн и яростном взгляде из-под чёлки. И это всё будет не для меня.
Даже у такой неженственной леди как Двачевская, есть типично женские способы мести. Мол, смотри, дурак, чего ты лишился из-за своей глупости! Я сдержал улыбку, старательно не смотря в ту сторону. Ну, разве что чуть-чуть посмотреть.
Краешком глаза.
Перехватив взгляд, высокомерно задрать нос.
И снова ловить взгляд. Старые добрые игры. Хотя лично мне все эти обезьяньи ужимки всегда были непонятны, игрища со взглядами, кажется, доступны любому с рождения.
Особенно, когда вы едете в метро, и в полном соответствии с чайными японскими традициями все органы чувств ублажены: слух наушниками, осязание холодным поручнем, обоняние запахом дёгтя из полуоткрытого окошка, вкус какой-нибудь жвачкой… И только ленивое внимание глаз переползает с рекламы на другую, расслабленное до такой степени, что поневоле почти вздрагиваешь, наткнувшись на такой же ищущий взгляд. Идеально, если свежеобретённый визави сидит в соседнем вагоне, и вы переглядываетесь через стекло – в этом случае можно сделать оч-чень серьёзное выражение лица, а перед самой своей станцией скорчить рожицу или любым иным образом эпатировать симпатичную девочку из соседнего вагона.
Поэтому я закрыл глаза и нацепил на физиономию донельзя довольное выражение. Всё хорошо, всё здорово, хотя, конечно, очень лениво, но я ленивый и добрый, так и быть, можете меня перекатывать до места назначения с бока на бок , а я за вас помедитирую. Безотказная мантра!
Алиса неприязненно фыркнула – спектакль нашёл своего зрителя. Миссия выполнена.
- Ты готов? – Уточнила ниоткуда взявшаяся рядом Ульяна.
- Нет. Отведите меня в домик и дайте упасть плашмя. – Заигравшись потребовал я.
- Будет отбой, тогда и упадёшь! – Безапелляционно заявила вожатая. – С Электроником парой пойдёшь?
- Нет.
- Это не вопрос был. – Вежливо уведомила вожатая.
- Ольдмитривна, а можно он со мной пойдёт? – Выручила мелкая. – Пусть следит чтобы со мной ничего не случилось плохого.
- Самое плохое что с тобой может случиться, это ты сама. – Проворчала вожатая. – Ладно. Немного инициативы. Мне нравится. Семён?
Я молча кивнул. Ольга вернула мне мой кивок:
- А поскольку ты такой ответственный, проследишь, чтобы и Ульяна никому проблем не доставила.
- Ну Оооольга Дмитриевна. – Проныла мелкая.
- Она самая. Если ты нам костёр сорвёшь… - Руки вожатой непроизвольно потянулись к шее девочки. – Становись, короче, через пять минут выступаем.
Ульяна тут же вцепилась в мою ладонь и, легкомысленно раскачивая мне руку – так, будто мы прогуливались, запрыгала на месте.
- Каварер-каварер, поровик прогорер. – Картаво пропела она. – Я собой довольна! Теперь все будут знать, что я красивее Алиски, раз ты ко мне ушёл.
- Что?! – Я стремительно покраснел и попытался выдернуть руку. Но куда там!
- И мы теперь будем ходить под ручку, а кто против, тому…
- Сколопендру под котлету. – Вежливо подсказал я.
- Классная идея! – Мелкая было загорелась, но тут же потухла. – Но не новая.
- Руку отдай, классная идея.
- Вот ещё! – Девочка в красной футболке улыбнулась во все тридцать два и вцепилась мне в ладонь ещё и второй рукой. – Теперь ты за меня в ответе, и повсюду будешь ходить со мной!