Однако, я успел поймать её за плечо, в очередной раз подивившись тому, насколько же она сильная.
— Да погоди ты, торопыга. — Я натянул на лицо самую беззаботную маску.
— Что ещё?
— Я сейчас всё равно есть пойду. Могу и тебе что-нибудь захватить. Булок, там, ещё какой дряни. Будешь?
— И быть тебе обязанной? — Она фыркнула. — Я пас.
Алиса скрылась в темноте, а я пожал плечами. Колхоз — дело добровольное. И отступил назад — со стороны тропинки уже слышались шаги, там шла Славя.
— Всё хорошо? — Она выглядела взволнованной.
— Да более чем, — я немного напряжённо улыбнулся. — Сейчас меня покормят, что может быть лучше?
Славя рассмеялась и, поискав на связке, обнаружила нужный ключ, после чего отворила дверь в столовую.
— Заходи. — Она, кажется, не обратила внимания на мои актёрские потуги. Или вежливо притворилась, что всё хорошо.
В столовой мы прошли до самой раздачи, и Славя, усадив меня, скрылась в недрах кухни.
— Подожди здесь, ладно? — Крикнула она. — Я тебе сейчас что-нибудь принесу.
— Бу сделано. — Я откинулся на спинку и стал ждать свою спасительницу.
Через пару минут она появилась с большим блюдом булочек и поставила его на стол. Потом принесла бутылку кефира со стаканом и поставила передо мной.
— Приятного аппетита.
— Спасибо. — Не сказать, чтобы ужин отличался разнообразием. Хотя не мне с моими дошираками воротить нос.
Пока я ел, Славя внимательно, изучающе разглядывала меня, так, что под конец ужина я даже почувствовал себя немного неловко. Что вообще странно, этой девочке в считанные часы удалось подобрать ключик к моему сердцу, и я уже не считаю её посторонним прохожим. Как так получается? Может, дело в её отношении к окружающим?
— У меня кефир на носу остался? — Я потёр кончик носа, вызывая её смех.
— Нет. Просто… — Она улыбнулась. — Я хотела спросить, как тебе здесь, в лагере? Первый день.
— Спорно. — Не слишком красиво спрашивать у человека, которого за шкирку выдернули из родной реальности и переместили куда-то, где он даже не знает, как вести себя, как это ему нравится на новом месте.
Но чёрт знает. Может, это я только здесь белая ворона, а для них этот и есть их родная реальность? Я немного покатал эту мысль и счёл её справедливой. Почему бы и нет. Кто бы сюда меня не переместил, ему гораздо проще использовать что-то существующее, чем создавать мир с нуля, верно?
— Ничего, — она неправильно расценила моё молчание. — Ещё привыкнешь.
Славя мечтательно уставилась в окно, а я отрицательно покачал головой. Не думаю, что я когда-нибудь привыкну к этому месту. Впрочем, ей-то и невдомёк… Или, она хочет, чтобы я думал, что ей невдомёк. И дальше играем в игру — я знаю, что она знает, что я знаю, что она знает.
— Вообще, — я дожевал булочку. — Здесь довольно мило. — Надо было как-то прерывать повисшее молчание.
— Правда? — без особого интереса спросила она.
— Да. Здесь так… — Очень захотелось выдать что-нибудь в духе "совок-стайл", но не думаю, что собеседница оценила бы.
В конце концов, это для меня "совок", "ретро" и "село кукуево", а для них? Может, это и есть их единственная жизнь. Если, конечно, это понятие уместно.
— Как? — Она отвернулась от окна и внимательно изучала меня. Так, будто от моего ответа зависело что-то очень-очень важное.
— Душевно. — Я, наконец, выпутался из многочисленных синонимов милоты. — Так, будто оказался дома.
Славя облегчённо улыбнулась, будто я правильно ответил на важный вопрос.
— Я очень рада, что ты так думаешь.
— Почему?
— Ну… Не все здесь приживаются. Не всем нравится. Ты, вот, вообще хотел уехать. — Она замолчала, поняв, что сказала лишнего.
А я сидел с испариной, прокатившейся по спине, и мучительно старался поймать глоток воздуха. Даже то, как меня встретила Двачевская, не шло ни в какое сравнение с тем, что произошло сейчас, когда совершенно незнакомая мне девочка признаётся в симпатии.
— А тебе? — Наконец, нарушил молчание я.
— Мне?
— Нравится здесь?
— Очень! Здесь здорово.
— Значит, не стоит обращать внимание на других.
— А я и не обращаю особо.
Она рассмеялась.
Кажется этот разговор уводил меня далеко-далеко, совершенно не туда, куда я стремился.
— Ты волнуешься. — Утвердительным тоном сказала Славя.
— Что? Почему?
— Ты жуёшь слишком сосредоточенно.
— Прости…
— Ничего.