И всё-таки, не хотелось начинать общение с первым добрым ко мне человеком с обмана.
Я хлопнул себя по лбу.
— Точно же! С утра положил их в карман, чтобы тебе отдать при встрече. Но, видишь, забегался немного. Вот они.
Я достал связку из кармана и опустил в подставленную ладонь.
— Спасибо! — Обрадовалась она. — Ты себе не представляешь, как меня выручил! Моя благодарность…
— … будет полной, когда ты сводишь меня на пляж. — Подмигнул я, не веря в то, что действительно делаю это.
Сёма, старый ты прохвост. Ты что, сейчас попытался склеить пионерку почти вдвое младше себя? И это не безобидный флирт, такой язык тела только дурак не прочитает…
Ты что задумал, гнусный извращенец?!
Ничего я не задумал. Я перевёл взгляд обратно на лицо собеседницы, которая, кажется, что-то говорила.
— … танцы! Но у нас тут мало мальчиков, и медленные танцы редко приглашают.
Она опустила глаза, быстро подняла на меня, и опять опустила.
— Может… Ты…
Я уже говорил про непосредственную Славю, спортивную Славю, целеустремлённую Славю…А теперь мне выпала уникальная возможность познакомиться со Славей кокетничающей. Ну и правильно, что она, робот, что ли.
— Ещё раз, — я прервал её монолог. — Когда танцы?
— Я же говорю, завтра!
— Ну вот и всё. Можешь считать, что приглашена — танец со мной ты застолбила.
Я немного подумал.
— Но только медленный! Я этих ваши парных быстрых танцев не разумею!
— Медляк, да. — Она составила грязную посуду на поднос и поднялась.
Я поднялся вслед за ней, хотя не доел и половины.
— Ты уже всё?
— Да что-то аппетита нет. — Пожаловался я.
— Это плохо.
Славя нахмурилась, впрочем, быстро просияла снова.
— Мы как раз мимо медпункта пойдём, там тебя Виолетта Церновна осмотрит!
Я ощутил табун километровых мурашек, бегущих у меня между лопаток при звуке этого имени.
— Ээээ… Может, не надо?
— Надо! — Она схватила меня за руку и потащила тропинкой в сторону медпункта. — Здоровье знаешь как важно беречь! Не сберёг смолоду, потом всю жизнь на лекарства работаешь. Так что давай в медпункт, и без разговоров.
Мы уже почти подошли к медпункту, как вдруг…
— Что, новенький, нашёл себе сиделку? — Раздался за спиной знакомый хрипловатый голос.
Алиса.
— Что тебе нужно, Двачевская? — Неприязненно покосилась Славя.
— Мне-то? Да сущую безделицу. Наш герой ведь вчера немного напортачил. А за собой не убрал. Некрасиво получилось. Негигиенично.
— Это ведь вы пытались его облить!
Славя пыталась урезонить хулиганку, однако та даже не слушала. Я же стоял в сторонке и, опять удивляясь себе, наслаждался конфликтом. Хотя смутно и подозревал, что мой нос опять на кону.
— Обливания — забыли. Сами виноваты, не надо верить всяким проходимцам. Но вот некрасивая сцена на футбольном поле. Ай-яй-яй.
Двачевская обогнула не успевшую среагировать Славю и встала прямо передо мной, заглядывая в глаза.
— Думаешь, обидел маленькую и сразу герой, да? Догнать не смог, так в спину ударил. — Она говорила спокойным голосом, однако в её глазах так и плясали озорные чертенята, и я понял, что вся эта сцена была задумана единственно с целью подразнить нас.
— А ты её адвокат? — Очень хотелось отвернуть взгляд в сторону, тем более, что для меня было крайне трудно сохранять зрительный контакт с девочкой. — Пришла взимать?
— Нет. Я пришла сказать, что если ты не трус, то сегодня около сцены мы обсудим твоё поведение и сделаем оргвыводы.
— А если трус? — Уточнил я.
— Значит, твой номер шесть, и место возле параши.
Двачевская развернулась и двинулась прочь, не поворачиваясь, помахала.
— Адью, новичок. У сцены в шесть. Не опаздывай.
Рыжая бандитка забивает мне стрелку за то, что я накормил её мелкую подругу газоном. Всё как у людей прям! Главное, чтобы бригаду за собой не приволокла. Один я против нескольких пионеров не выстою.
— Пойдёшь? — Спросила Славя.
— А как же! — С воодушевлением ответил я. — Молодость! Когда ещё кулаками-то махать!
Не говорить же ей, что у меня внутри всё трясёт от нервяка!
— Ясно. — Кивнула Славя. — Мы, вообще, уже пришли. Вот медпункт. А я побежала.
— До скорой встречи!
— Пока.
Славя свернула на какую-то тропинку, немного не доходя до здания, и скрылась из виду.
А я направился к домику врача. Невысокий, одноэтажный, сложенный из бруса в пять стен, он радовал взгляд фигурными окнами и нарядным крылечком. Немного поколебавшись — я прекрасно помнил вчерашний медосмотр с пристрастием — я постучал в деревянную дверь с большим окном в верхней части.
— Войдите. — Отозвалась Виола.