И она дрогнула! Спрятала взгляд и залилась краской, смутившись. Но лучшее враг хорошего, я решил дожать.
— Однако, если тебя вдруг что-то не устраивает во мне конкретно — лучше скажи об этом, чтобы мы могли работать над этим вместе. Вместе, понимаешь? Не парное сычевание, перемежаемое встречами в постели, а совместное! Времяпрепровождение!
— Да ты уже говорил. Ты постоянно про это своё «вместе» говоришь, я себя прямо алисоманкой какой-то ощущать начинаю. Мы вместе…
— Алиса-алисоманка? — Я рассмеялся. — Каламбурчик. Ну так что ты решила — мы пытаемся найти общий язык или я иду спать к себе в домик?
— Попробуем… найти. — Она упорно не смотрела в мою сторону.
Да она же меня просто стесняется! Вот эта, непрошибаемая Двачевская, которую, кажется, мало что может вывести из состояния насмешливого равновесия и даже не проняло пионерское тушение костра, сейчас стоит и не знает куда деть руки.
Кольнуло куда-то в сердце тонкой иголочкой. Нежность. Забота.
— Тогда пошли. — Хрипло произнёс я. — Пока на нас пальцем показывать не начали.
Мы развернулись влево. Оно и славно.
Ленка сидела на крылечке босая и лениво щурилась на солнце. Тапочки её стояли здесь же, под ступенками, и вокруг них вился ленивый шмель, откровенно не понимающий, откуда сладко пахнет.
— Привет, ребята. — Тепло улыбнулась она. — Не ругаетесь больше.
— А ты откуда знаешь?
— Ну… Я же тоже на обеде была. Вы меня даже не заметили, пока выясняли, кто к кому хуже относится.
Её было не узнать. Она и так раскрепостилась с утра, сказав за несколько часов больше, чем за предыдущие несколько дней, а тут, судя по бесшабашному веселью в глазах, она решила сохранять реноме.
Мы сели рядом и последовали её примеру, опустив босые ноги на разогретые доски.
— Что будем делать? — Наконец, прервала молчание Алиса.
— Кто ж его знает. — Легкомысленно повела плечом Лена. — Лично мне всё равно.
— Я не стукач, я за правду. Двачевская говорила, что у неё картишки есть. Может…
Я выдержал паузу и дождался одобрительных кивков с обоих сторон.
— Мы тут посидим-посекретничаем пока. — Не открывая глаз, сообщила Алиса. — А ты Ульянке скажи, если карт не даст, что её кулёк за батареей я уже нашла.
Я улыбнулся и, обувшись, двинулся на юг в сторону домика, где совместно проживали Алиса и Ульяна.
С мелкой проблем не возникло, она без лишних разговоров отдала требуемое, лукаво подмигнув:
— На раздевание играть будете, да?
Я только порадовался тому, что нынешний уровень технологий недостаточно высок — в противном случае, из мелкой вышел бы тот ещё папарацци. Во всяком случае, место предположительной игры на раздевание было бы описано со всех возможных и невозможных ракурсов.
— Нет, на то, в чьём домике ты завтра убираешься. — Буркнул я.
— Зануда. — Она показала язык и, достав колоду, вручила мне. — Держи. Иди. Играй.
— Ммм… Спасибо?
— Удачи тебе. В твоих занудных играх.
Я рассмеялся и покинул домик. Теперь оставались сущие мелочи — пробраться через весь лагерь с колодой в кармане — и не допустить, чтобы вожатая рекивизровала её в счёт будущих турниров.
Напрямую, конечно, бежать выгоднее и быстрее. Однако, таким образом шанс самый высокий. Я воскресил перед глазами карту лагеря и попытался проложить маршрут так, чтобы минимизировать шанс пересечения с траекторией движения.
Идеально оказалось двигаться вдоль здания клубов, дальше повернуть к месту обитания Мику — между делом обещая собственной совести обязательно навестить девочку “как только появится время” — и, с небольшим заходом в лес, оббежать по периметру умывальники…
Между домиками показалась Ольга Дмитриевна, и я поспешил нырнуть обратно за фонтанчик. Кажется, она шла к домику Лены? Чёрт. Ещё дольше ждать теперь.
Я уже второй раз делаю одно и то же. Вместо того, чтобы наслаждаться мирной жизнью образцового пионера — Славю, там, окучивать, с помощью метёлки и помощи по хозяйству — я опять двигаюсь перебежками от укрытия к укрытию как очередной придурочный герой очередной придурочной видеоигры.
Но если в первый раз моей целью было похищение вёсел, то теперь у меня самого появился шанс лишиться чего-то в случае, если меня засекут. За спиной хихикнуло, и я оглянулся.
Ульянка.
— Ты что здесь делаешь? — Зашипел я. — Брысь отсюда, быстро! Заметят же!
— Играю! Как ты там бегал — она воспроизвела последовательность моих действий, кинувшись от фонтанчика к раковинам, а от тех — к фонтанчикам на другой стороне, при этом корча такие рожицы, что я не сдержал смеха.