Позавчера на всеобщем собрании театра было выдвинуто предложение выставить возле театра Деда Мороза и Снегурочку, которые бы поздравляли и веселили народ. В последнее время дела у нас шли не очень хорошо, желающих посетить театр и прикоснуться к великому и прекрасному становилось все меньше. Немного обдумав ситуацию, нашему директору Вениамину Аристарховичу пришла в голову гениальная идея.
И началась усердная работа по подготовке сказочных персонажей. Вскоре выяснилось, что никого свободного из артистов у нас не осталось на данные роли и тогда нашему гуру пришла еще одна гениальная идея. Выставить на мороз меня.
Учеба в театральном не давалась мне легко. Да и не вписывалась я во всю эту сценическую атмосферу, вот только кто меня спрашивал. Когда ты рождаешься в семье заслуженных артистов нашей страны, иной профессии для тебя не предусмотрено. А ведь это они еще не знают, что в театре я работаю не актрисой, а помощником костюмера. И сцены я боюсь, как огня. Бабушка бы упала в обморок только от одного намека.
В лицо подул особенно сильный порыв ветра. Кожа на лице уже начинала гореть от такого издевательства. Я уже не стесняясь прыгала на одном месте, только бы хоть немного согреться. Руки в красивых голубеньких варежках и те уже окоченели.
Вокруг нас не было ни души. Фонарики на металлических фигурах разных сказочных героев мило перемигивались. Только это меня хоть немного радовало. Мне очень нравилось, как здесь все украсили. Елочка посреди площади тоже сверкала, а от разнообразия шаров и украшений голова шла кругом.
– Все, уходим отсюда, Снегурка, – повернулся ко мне Демьян. Вид у него был такой же отмороженный, как и у меня. Губы совсем синие выглядывали из-под белых усов и бороды. – Я еще детей хочу. И так уже себе все отморозил.
Обернувшись и удобней перехватив посох в левой руке, он очень быстрым, нетерпеливым шагом пошел к зданию театра. По дороге с него слетела красная шапка, выставив на показ темную, почти черную макушку. Ему пришлось ее поднимать, думаю, в таком костюме нагибаться было совсем неудобно. Матерясь и отряхивая ее от снега, он взбежал по ступенькам и скрылся за массивной, тяжелой дверью.
Немного помявшись, я рванула за ним, ничуть не уступая парню в скорости. Хватит с меня будней актрис. Мне и обычным помощником костюмера неплохо жилось.
Я догнала своего напарника по несчастью уже в самой костюмерной. Сейчас кроме нас здесь никого не было. Марьяна, скорее всего, сейчас на спектакле: как раз в это время должен начаться второй акт.
Демьян уже успел снять с себя халат, небрежно бросив его на небольшой диванчик в углу. Оставшись в теплом вязаном свитере молочного цвета, он смотрелся так по-домашнему. Для антуража только камина не хватало и елочки.
Демьян был очень красивым мужчиной. Не удивительно, что за ним бегали все работницы нашего театра. И не удивительно, что он переспал с большей половиной. Уж слухов за время моей работы здесь про его похождения я наслышалась. Марьяна – наш главный и всеми любимый костюмер – была жуткой сплетницей. Все самые сочные новости она узнавала в числе первых. Так что я была в курсе всех событий.
– А если узнают, что мы сбежали, меня ведь могут уволить, – испуганно вскинулась я, тоже избавившись от надоевшего костюма.
Демьян отвлекся от растирания своих рук и повернулся ко мне. Он взъерошил свои волосы так сильно, что они торчали в разные стороны, и в этот момент он был похож на шебутного мальчишку. Так и не скажешь, что ему почти тридцать.
– Никто тебя не уволит, – заверил меня парень. – С отцом я поговорю. Дурь какую-то выдумал. Совсем поехал на старости лет. Может чаю?
– Да, с удовольствием, – не знала куда себя деть и продолжала стоять. Демьян выразительно посмотрел на меня, подняв свою бровь. – О, сейчас сделаю.
До меня дошло, что это была далеко не просьба, но ради того, чтобы прекратить эту пытку морозом, я готова была побыть десять минут личной служанкой.
Скинув с головы парик с двумя косичками, я подошла к подоконнику, на котором обычно стоял чайник и посуда для чаепития. Пока нагревалась вода, я успела достать заварку с верхнего шкафчика, где хранились всякие безделушки Марьяны. Закончив с приготовлением чая и высыпав печеньки, которые нашла в том же шкафчике, в тарелку, я повернулась обратно к дивану и застала Демьяна за подглядыванием.
Щеки опалило жаром, но в этот раз виновником был никак не мороз, а один конкретный парень, что сейчас развалился на диване, вытянув ноги. Как долго он за мной следит? Стало неловко: я не очень любила чужое внимание. Да и Демьян смотрел так пристально и внимательно, что я даже засомневалась – может в моем внешнем виде что-то не так.