Я встал, отряхивая с себя песок, и осмотрел руки. Раны были ужасными, и если бы я к ним не привык, то скорее всего сильно бы испугался. Однако как бы безразлично я не относился к этим ранам, есть тот, кого они все ещё могут напугать, и чьи чувства для меня важны - Серафима. Именно ради неё и только ради неё, я принял решение вернуться в дом, с целью сменить старую футболку на что-то с более длинным рукавом.
Попадаться на глаза родителям совсем не хотелось, настроение было паршивым, и к ещё одной стычке даже самой маленькой я был морально, да в целом и физически не готов. Благо утром из-за духоты я оставил в своей комнате открытое окно, которое сейчас так удачно позволяло незаметно попасть домой.
Из-за риска встречи с родителями, я, не теряя много времени, быстро переоделся и уже собирался таким же путём выйти на улицу, как мой взгляд упал на кровать, и, недолго думая я схватил с собой покрывала, сам ещё не понимая толком чего хочу.По дороге к морю, мне наконец-то удалось привести мысли в порядок, и настал черёд голода, который решил напомнить о том, что мы сегодня совсем ничего не ели. Вариантов с едой особых не было, все что мне представлялось возможным - сбор каких никаких ягод, которых в это время года ещё почти не было, а те что были в большинстве своём еще не созрели, однако это явно лучше чем ничего. Насобирав сколько смог в рубашку, я разложил на пляже покрывало и высыпал на него свой перекус.
В этот момент надо мной нависла чья-то тень, слегка закрывающая солнце - Серафима, сразу подумал я, и обернувшись лишь убедился в своих догадках.
- Привет. А что ты делаешь? - Девушка с любопытством заглядывала за мою спину.
- Решил насобирать немного ягод в качестве перекуса. Присаживайся - я указал ей на свободную часть покрывала.
Обойдя меня Серафима осторожно присела и посмотрела на мой скудный ужин. - Но ведь ещё не сезон... Почти все ягоды зелёные.
- Наверное, но другого не было.
- Ты что не ел?
Я не хотел изливать перед ней душу, пугать не очень весёлыми рассказами да и вообще жаловаться, поэтому не придумав ответа просто промолчал.
- Сегодня моя соседка была какая-то радостная и напекла пирожков, парочку даже мне дала. - и тут ангелочек достал из-за спины небольшой кулёк внутри которого лежало несколько пирожков. - Предлагаю немного расширить твою "поляну". - после чего она выложила пирожки рядом с моими ягодами.
- Похоже на целый пикник. - пробормотал я.
- Пикник! Это здорово! У меня ещё не было в жизни пикников. - В этот момент Серафима лучезарно улыбнулась, смотря на меня. Её глаза сияли отражая вечернее солнце, и я как завороженный тонул в них. Тепло от этой прекрасной улыбки разливалось внутри меня, давая какую-то внутреннюю жизненную энергию, так что мне на секунду даже показалось, что все мои телесные раны каким-то чудным образом сами исцелились и перестали беспокоить меня ноющей болью, которую я так сильно пытался скрыть на своём лице.
- Да, пикник это и в правду здорово. В таком случае приступим? - Сказав это, я слегка улыбнулся в ответ.
- Давай! - с этими словами Серафима взяла два пирожка и протянула один мне. Приняв угощение мы стали есть, наслаждаясь моментом.
Кушая первую за день и такую прекрасную еду, я смотрел как колышутся волны, и вдруг задумался о том, что с тех пор, как повстречал ангелочка какое бы дерьмо не происходило в жизни, взять те же утренние побои, я ещё не думал о том, чтобы покончить с собой, что было очень удивительно, ведь эти мысли регулярно крутились в моей голове, а пару раз я даже чуть было не решался на это последнее в моей жизни действие.
Я посмотрел на Серафиму. Такая прекрасная. Ещё никто не вызывал во мне подобных эмоций. Мы знакомы всего ничего, какие-то ничтожные четыре дня, однако именно эти четыре дня перевернули мою жизнь с ног на голову. И пусть мы почти не разговаривали о своей жизни, а обсуждали лишь увлечения, взгляды на мир и прочие вещи, но я отчётливо чувствовал душевную связь с этой девушкой, какое-то спокойствие и умиротворение. Казалось, что она понимает меня как никто другой и разделяет мою боль, хоть и не знает о ней вовсе. Не могу сказать точно, как называются все эти эмоции, но что если именно это и есть любовь, о которой так любят писать в книжках? Если это так, то мне действительно нравится это чувство, и я хотел бы как можно дольше его сохранить.
С этими мыслями и внутренним воодушевлением, я встал с покрывала, и сказав, что скоро вернусь побежал в поле. Мне безумно хотелось порадовать Серафиму, поэтому набрав как можно больше цветов я поспешил обратно к девушке. Присев за наш имровизированый стол , я положил цветы. Ангелочек внимательно следил за моими действиями, а я недолго думая стал плести прекрасный венок для не менее, а скорее наоборот ещё более прекрасной девушки.