Пройдя в свою комнату, я сел на диван и вздохнув достал блокнот. Со страницы на меня смотрела незнакомка, отчего то на лице сама по себе появилась лёгкая улыбка. Оставшийся день я провёл в комнате, представляя нашу с ней встречу. Желания куда-то выходить особо не было, так как на кухне меня бы сразу встретила мать, и уж она точно нашла бы повод снова развести скандал, который если начнётся, то так просто уже не остановить, так как та продолжает орать, даже когда её уже давно никто не слушает. К тому же почти со сто процентной вероятностью это бы вылилось в рукоприкладство со стороны моих родителей, если так их вообще можно назвать. Нет, биологически они несомненно ими являлись, но вот душевно, не думаю что это было хотя бы пару секунд моей жизни. Иногда, видя насколько сильна мамина злость ко мне, возникает чувство, что она ненавидела меня еще с утробы. И почему такие люди просто не делают аборт?
Стрелка на часах приближалась к семи, поэтому посмотревшись в зеркало, незаметно вышел из своего убежища, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания, после чего направился к морю, где ещё вчера видел Ангела.
Маленькие волны размеренно колыхались, создавая красивые переливы воды. Солнце постепенно начинало окрашивать первые облака в красивый золотистый цвет. Почему-то здесь совсем не было людей что вчера, что сегодня. Казалось будто само место обладало каким-то защитным куполом, от чего не пропускало сюда всякую нечисть вроде жителей этой деревни.
Я присел на песок и закрыл глаза, вслушиваясь в шум воды. Вдруг ветер донёс до меня едва различимый звук шагов, таких лёгких и невесомых, словно человек скорее парил над землёй, нежели в действительности шёл. Я открыл глаза и повернулся на шорох. По отдаль от меня стояла та самая девушка, что так плотно засела в мыслях. Она была в все том же белом сарафане, а её волосы слегка развивались на ветру, придавая в образ ещё большей сказочности . Боясь спугнуть девочку, я тихо встал и медленно направился к ней. В какой-то момент почувствовав моё приближение она повернулась и вздрогнув хотела убежать, однако я вовремя успел её остановить. Сам не осознавая что делаю, я схватил её за руку, не давая уйти. Ангел со страхом взглянула на своё запястье, зажатое в моей ладони, из-за чего я смутился и побыстрее отпустил её извинившись за такой импульсивный поступок.
- Я не хотел тебя напугать или сделать больно. Честно! Мы виделись вчера у моря... Могу я узнать твоё имя?
После долгой паузы, в которую судя по лицу она успела взвесить все возможные за и против, послышалось робкое : "Серафима".
Даже имя ангельское... *
- Я Влад.
- ....
- Ты здесь живёшь? Мы с семьёй недавно переехали, и я никого не знаю, однако ты очень мне понравилась и я хотел бы поближе с тобой познакомиться.
Серафима продолжала смотреть с опаской, а потом и вовсе сорвалась с места и убежала, оставив меня одного.
Может я делал что-то не так? У меня никогда не было друзей, поэтому я не знаю какого это знакомиться с кем-то, обычно в компаниях меня заведомо недолюбливали... Хотя я вроде не сделал ничего плохого... Что её так напугало? Продолжая прокручивать в голове снова и снова нашу встречу и анализируя все что произошло за эти пару минут, я гулял по берегу до тех пор, пока солнце окончательно не скрылось с неба, а на улице не стало заметно холоднее. Только тогда я побрёл в сторону дома, в надежде что завтрашней день будет лучше.
* Речь о Серафимах Серафимы в иудейской и христианской традиции — высший ангельский чин, наиболее приближенный к Богу.
День второй
Сегодняшний день начался намного раньше, чем хотелось бы. На часах было всего 5 утра, однако деревенские работники приступают к труду ещё засветло, а теперь я один из них.
Настроение было к чертям: этой ночью я плохо спал, все ещё прокручивая в голове события последнего вечера и думая, что я мог сделать не так. Вздохнув, собрал остатки сил, чтобы встать и умыться, если опоздаю на работу в первый же день ничего хорошего из этого не выйдет.
За окном было ещё темно, что никак не прибавляло бодрости. Собравшись я вышел из дома, стараясь не создавать лишний шум, так как родители ещё спали. Видимо они работать вовсе не собирались, конечно зачем им это, если есть сын и плевать, что мне всего 16. На улице был прохладный воздух, вдохнув его полной грудью, я направился на поле.