Умение читать и писать в нашем городишке было редкостью. Сначала я просто писала под диктовку сестры Агаты письма для бедняков к дальним родственникам. Платили гроши или едой. Но слух о «девчонке у церкви, что письма составляет» пошел.
Ко мне осторожно начали обращаться мелкие торговцы, ростовщики, ремесленники. Нужно было составить деловой договор, записать долг, написать весточку поставщику в соседний город. Я брала мало, но аккуратно и честно. Обзавелась чернильницей, гусиным пером и стопкой дешевой бумаги. Моим «кабинетом» была паперть церкви в хорошую погоду или угол в трапезной, когда шёл дождь.
Всё это время я жила между двумя мирами: церковью, где находила пищу для души и ученье, и землянкой, где ночевала. Но сердцем я всегда была там, у пирса. Я представляла, как Питер прибывает на пирс- разбогатевший или все такой же, побитый или окрепший , но главное, что он вернестя и снова меня обнимет и все снова будет хорошо. Я верила, что он вернется и заберет меня.
Проходили месяцы, годы. Питера не было. Моя жизнь стала серым, но устойчивым существованием: ночлег в землянке, работа у церкви, постоянное, выматывающее ожидание. Я научилась скрываться, быть невидимой, выживать. Но внутри росла тихая, ледяная пустота. Я держалась только за хрупкую нить надежды и за умение складывать буквы в слова — единственное, что по-настоящему принадлежало только мне.
В полном незнании,что будет дальше... Но в надежде, что это дальше будет и будет не одинокое...
Автор приостановил выкладку новых эпизодов