– Вы правы, возможно, это так, – ответила она и кинулась к двери.
– Куда вы? Что вы хотите делать? – крикнул Ла Моль.
– Хочу убедиться лично – правда ли, что вас поджидают в коридоре.
– Ни в коем случае! Ни за что! Чтобы они выместили свою злобу на вас?!
– Что могут сделать наследнице французских королей и принцессе королевской крови? Я вдвойне неприкосновенна.
Маргарита произнесла эти слова с таким достоинством, с такой уверенностью, что Ла Моль сам поверил и в ее неприкосновенность, и в необходимость дать ей свободу действий.
Маргарита оставила Ла Моля под охраной Жийоны, предоставив самому решить – в зависимости от обстоятельств, – бежать ли или ждать ее прихода, и вышла в коридор. Коридор имел ответвление, которое вело к библиотеке, к нескольким гостиным, затем шло, параллельно коридору, к покоям короля и королевы-матери, а также к боковой лесенке, выходившей к покоям герцога Алансонского и короля Наваррского. Хотя пробило только девять часов, лампы были везде потушены, весь коридор оказался в полной темноте и лишь из ответвления коридора чуть брезжил какой-то свет. Маргарита не успела пройти еще и трети коридора, как услышала перешептывание нескольких людей, явно старавшихся приглушить свои голоса, что придавало их шепоту таинственный и жуткий характер. Но в ту же минуту точно по команде голоса затихли, даже чуть брезживший свет почти померк, и все погрузилось в непроглядный мрак.
Маргарита продолжала свой путь прямо туда, где ее могла ждать опасность. С виду Маргарита была спокойна, но судорожно сжатые руки говорили о сильном нервном напряжении. По мере того как она двигалась вперед, тишина становилась все более зловещей, и какая-то тень, похожая на тень руки, заслонила тусклый мерцающий источник света.
Когда она подошла к ответвлению коридора, вдруг чья-то мужская тень выступила на два шага вперед, открыла серебряный, вызолоченный фонарик, осветив себя, и крикнула:
– Вот он!
Маргарита лицом к лицу столкнулась со своим братом Карлом. Сзади стоял герцог Алансонский, держа в руке шелковый шнурок. Еще две тени стояли рядом в полной темноте, и только отблеск света на их обнаженных шпагах выдавал присутствие этих двух людей.
Маргарита в мгновение ока охватила всю картину и, сделав над собой огромное усилие, с улыбкой ответила Карлу:
– Сир, вы хотите сказать: «Вот она!»
Карл отступил от нее на шаг. Все остальные продолжали стоять неподвижно.
– Марго! Ты?! Куда ты идешь так поздно? – спросил он.
– Так поздно? А разве уже такой поздний час? – сказала она.
– Я тебя спрашиваю, куда ты идешь?
– Взять книгу речей Цицерона, я ее забыла, кажется, у матушки.
– Идешь так, без света?
– Я думала, что коридор освещен.
– Ты из своих покоев?
– Да.
– Чем же ты занималась сегодня вечером?
– Я готовлю торжественную речь польским послам. Ведь собрание совета завтра, и мы условились, что каждый из нас представит свою речь вашему величеству.
– А в этой работе тебе никто не помогает?
Маргарита собрала все свои силы.
– Да, братец, месье де Ла Моль, он человек очень образованный.
– Настолько образованный, – сказал герцог Алансонский, – что я просил его, когда он кончит работу с вами, прийти ко мне, чтобы помочь и мне своим советом, так как я не могу равняться с вами моим образованием.
– Так это вы его ждали здесь? – самым естественным тоном спросила Маргарита.
– Да, – раздраженно ответил герцог Алансонский.
– Тогда я его сейчас пришлю вам, брат мой. Мы уже кончили.
– А ваша книга? – спросил Карл.
– Я пошлю за ней Жийону.
Братья переглянулись.
– Идите, – сказал Карл, – а мы продолжим наш обход.
– Ваш обход? Кого вы ищете? – спросила Маргарита.
– Красного человечка, – ответил Карл. – Разве вы не знаете красного человечка, который иногда приходит в древний Лувр? Брат Алансон уверяет, что видел его, и мы идем его разыскивать.
– Удачной охоты! – пожелала им Маргарита.
Уходя, Маргарита оглянулась. На стене коридора дрожали тени четырех мужчин, которые, видимо, совещались.
В одну минуту королева Наваррская была у своей двери.
– Жийона, впусти, впусти меня, – сказала она.
Жийона отворила дверь.
Маргарита вбежала к себе в комнату, где ждал ее Ла Моль; он стоял решительный, спокойный, держа в руке шпагу.
– Бегите, бегите, не теряя ни минуты! – сказала Маргарита. – Они ждут вас в коридоре и хотят убить.
– Вы приказываете? – спросил Ла Моль.
– Я требую! Чтобы нам свидеться потом, надо бежать сию минуту.
В отсутствие Маргариты Ла Моль успел прикрепить лестницу к железному пруту в окне; теперь он сел верхом на подоконник и, прежде чем поставить ногу на первую ступеньку лестницы, нежно поцеловал руку королевы.