Глаза Якима расширились и в панике метались из стороны в сторону. Кровь капала с острия стального лезвия. И лицо Селесты тоже было покрыто этой кровью.
Прежде чем жрица успела что-нибудь сделать, Яким резко рухнул на землю. Септон был мертв, Селеста ошеломленно уставилась на фигуру на полу. Темная жидкость слишком быстро растеклась по каменному полу, образуя большую красную лужу.
Кто-то прищелкнул языком, и этот звук эхом отразился от стен подземелья.
– Кажется, у кого-то слишком сильно развязался язык, – прозвучал голос Айлы. Атеистка в окружении своих солдат стояла в проходе. В левой руке она держала второй нож.
Мара схватила Селесту за руку и оттащила ее себе за спину. Глаза Айлы сузились.
– Нужно было убить вас еще на Сохалии.
Хватка пальцев Мары стала крепче.
Айла приблизилась к женщинам, небрежно взвешивая нож на ладони. Клинок мерцал в свете солнечных камней. Уголки ее рта изогнулись.
– К счастью, теперь для успеха моего плана мне не нужны ни король, ни вы. – Она размахнулась и метнула нож в сторону Селесты и Мары. Он пролетел по воздуху, но Мара сумела увернуться от смертоносного оружия и оттащить Селесту с линии броска.
– Убегать нет смысла, – донесся до них голос Айлы, когда Мара потянула Селесту в левый коридор. Они побежали. Но когда свернули за угол, им навстречу вышли другие атеисты. Путь к бегству был отрезан. Некоторое время они стояли неподвижно, не зная, что еще предпринять.
Потом Селеста вскрикнула, когда Мару вдруг потянуло назад. Пальцы, которые прежде еще обхватывали запястье Селесты, теперь в панике схватились за руки, вцепившиеся в волосы септины.
Позади них, возвышаясь над Марой, рухнувшей на колени, стояла Айла.
– Вы уже довольно давно действуете мне на нервы, – выдавила из себя атеистка, прежде чем занести клинок над горлом Мары. Кровь брызнула во все стороны и растеклась у ног Мары.
Селеста словно застыла. Она тоже опустилась на колени, беспомощно наблюдая, как из Мары вытекает жизнь. Ее шею отметила красная полоса, из которой все хлестала и хлестала кровь.
С отвращением на лице Айла отпустила септину, тело которой безжизненно свалилось на бок. Затем взгляд ее холодных глаз скользнул к Селесте.
Жрица дрожала всем телом. Она еще не пробыла в столице и часа, а на ее глазах уже погибли два человека. Два человека, которых Селеста знала, ценила и которые хотели ей помочь.
– В вас, Дочь Неба, я тоже больше не нуждаюсь, – тихо проговорила Айла. – Единственное, что мне нужно, – это ваша кровь. И об этом я позабочусь лично. – Она вертела в руках нож, на котором осталась кровь Мары.
Айла подошла к Селесте, которая беспомощно попятилась назад. Она пыталась на четвереньках отползти от атеистки как можно дальше. Глаза жрицы расширились от ужаса.
Айла была убийцей, которая без колебаний убьет Селесту на месте.
Жрица закрыла глаза и послала своей Богине последнюю молитву – и тут в коридорах темницы послышались шаги. Появился еще один атеист, который быстрыми шагами приблизился к Айле.
– Тебя требует Эспен. Немедленно, – тихо проговорил он. Но Селеста все равно это услышала. В его голосе звучал страх. Страх, который Селеста тоже постоянно ощущала в присутствии Айлы.
Атеистка выругалась.
– Отведи ее пока обратно в камеру, – зловещим голосом прошипела она.
Однако атеист медленно покачал головой.
– Жрицу следует отправить наверх. Живой, – добавил вражеский солдат, заметив оружие в руке Айлы.
Та подняла бровь.
– А куда ее девать, позволь тебя спросить? Ее хочет видеть Эспен? – слегка неуверенно спросила Айла.
– Нет, ее следует отвести в покои короля, – ответил мужчина.
Услышав эти слова, Селеста едва не забыла, как дышать. Нат! Ее отведут к нему. Ее сердце встрепенулось и быстро забилось от радости. Несмотря на ужас, который испытала Селеста в последние минуты, тот факт, что она скоро заключит Ната в свои объятия, пробуждал в ней новую надежду.
Айла тихо рассмеялась. Она вытерла окровавленный нож о свою темную одежду и засунула его обратно за пояс.
– Не радуйтесь слишком рано, жрица. Это будет вашим прощанием, – услышала Селеста.
Мрачное, угрожающее обещание заглушило надежду Селесты в зародыше.
Натаниэль
Ожидание было настоящей пыткой. Что-то происходило в этом дворце, но у Ната не было никакой возможности что-либо узнать. Атеисты пребывали в смятении. Они нервничали, но в то же время были переполнены эйфорией. Не лучшая комбинация, считал Нат.
Айла со скоростью вихря покинула его комнату, когда получила сообщение. Сначала на ее лице отразилось удивление, затем радость и, наконец, торжество. Она посмотрела на Ната так, будто победа уже была в ее руках.