Ника решительно шагнула вперед. Вместе с Зефиром они сформировали авангард. Карим протянул Нату свой меч.
– Думаю, ты с ним справишься лучше, чем я, – просто сказал лорд, оставляя величественное оружие королю и вытаскивая из-за пояса небольшой кинжал.
– Вперед! – решительно сказала Ника и вместе с Зефиром вошла в коридор, ведущий к кабинетам министров.
Они не успели сделать и нескольких шагов, как раздался громкий крик. Нат узнал голос леди Марин. Они ринулись по коридору к двери, из-за которой послышался крик, и распахнули ее, держа оружие наготове.
Посреди комнаты, с мечом в одной руке и черными волосами матери, зажатыми в пальцах другой, стоял Садык. Леди Марин стояла на коленях. Слезы текли по ее щекам – Садык крепко удерживал ее в своей власти.
Атеист поднял взгляд, когда Ника с громким треском распахнула дверь. Уголки его рта дрогнули.
– Как приятно, что вы решили составить нам компанию. – Его глаза остановились на Натаниэле. – Я бы убил тебя в ту же секунду, как ты оказался у нас в руках. Но нет. Юный король не представляет никакой опасности. – Нат знал, что Садыка возмущало решение Айлы оставить его в живых, которое бывший офицер определенно считал неверным.
– Меня часто недооценивают, – легко возразил Нат, поднимая меч и указывая его острием на Садыка. – Отпусти Марин, все кончено.
Взгляд бывшего офицера скользнул по небольшому отряду и задержался на Марко.
– Прошло столько лет, а ты, Марко, ни капельки не изменился. Все еще бегаешь за Дочерью Моря, как влюбленный щенок? – язвительно спросил он, однако на лице Марко в ответ на это, казалось, мелькнула насмешка.
– Однажды мы уже заперли тебя в темницу, Садык. И теперь сделаем это снова, – уверенно возразил Марко. Нат взглянул на солдата, которого надеялся однажды вновь открыто называть другом. В голубых глазах Марко пылала такая решимость, будто бы он всю жизнь ждал именно этого момента. Момента, когда он своими руками сможет изгнать все тени из своего детства.
Ответом ему был жесткий смех Садыка.
– Что ж, попытайтесь. – Преступник резко дернул Марин за волосы, которые до сих пор крепко сжимал в руке, и голова женщины откинулась назад. Вскрикнув, леди Марин обхватила руки сына. – Еще шаг в мою сторону, и я перережу ей горло! – И, чтобы уверить всех в решительности своего намерения, Садык демонстративно приставил лезвие к горлу Марин и выжидательно оглядел королевский отряд.
Нат взглянул на женщину, которая была одним из королевских министров. Они никогда особенно не ладили друг с другом. Марин была сложной и холодной женщиной, но она была членом королевского совета. Она была министром по социальным вопросам, невесткой Миро. И даже если она плохо относилась к Натаниэлю лично, страна нуждалась в ней. Он сам нуждался в ней.
Марин ответила на его взгляд своим, и Натаниэль увидел в ее глазах страх. Но потом, несколько раз моргнув, леди Марин кивнула. Нат удивленно изогнул бровь. Неужели она хотела, чтобы он напал на Садыка, несмотря на предупреждение? Нат не хотел намеренно рисковать жизнью этой женщины.
– Ты же вовсе не хочешь ей мстить, – вместо этого произнес Нат. – Это ведь не твоя мать предала тебя тогда и не она позаботилась о том, чтобы тебя заперли в тюрьме на долгие годы.
Глаза Садыка сузились. Однако вдаваться в подробности он не счел нужным и только вновь дернул мать за волосы.
– Это Мара виновата в том, что адмирал Эмир вообще смог тебя найти. И именно он посадил тебя тогда за решетку. Марин не имела к этому никакого отношения, – пролил свет на эту тьму Натаниэль.
Нат не знал наверняка, действительно ли было правдой то, что Мара предала Садыка. Но он просто не мог себе представить, чтобы Марин предала своего единственного сына. Она была его матерью, несмотря ни на что. Что бы он ни творил.
– Но она согласилась с тем, чтобы меня посадили. Этим она предала меня так же, как и все остальные, – прошипел Садык, и Нат увидел, как в его темных глазах вспыхнула ненависть.
Король взглянул на Зефира. Они долгие годы не работали вместе и не виделись друг с другом, однако Натаниэль надеялся, что его бывший лучший друг сможет понять его без слов. Нату повезло: кивнув, Зефир вытащил из кармана брюк маленький метательный нож.
– В противном случае тебя бы казнили, Садык, – спокойным голосом, стараясь отвлечь убийцу, ответил Нат. – Она хотела помешать твоей казни.
Глаза Марин расширились. Женщина непонимающе взглянула на Ната. Лицо ее было залито слезами.
– Смерть была бы более милосердной, – возразил атеист.
С этим Нат не мог не согласиться. Сам он тоже предпочел бы смерть жизни в плену. Он даже не хотел представлять себе, что годы, проведенные за решеткой, сотворили с духом Садыка. Нат никогда бы не произнес этого вслух, но ему было жаль мужчину, который сейчас стоял перед ним.