– Если так, то, возможно, вы захотите для разнообразия заключить договор со мной, – проговорила она, пристально глядя на мужчину.
Наемник усмехнулся.
– Вы хотите заключить со мной договор, даже не зная моего имени? – Он снова тихонько рассмеялся.
Селеста пожала плечами.
– Мне без разницы, как тебя зовут. – Это была самая настоящая правда. Имена были просто именами. Сущность человека таилась в его истинной личности. И Селеста обладала способностью видеть эту сущность.
Сделав обиженный вид, мужчина прижал руку к груди:
– А я все равно скажу, жрица. Нат определенно не обрадуется, если я не представлюсь должным образом. Меня зовут Зефир, и я был лучшим другом Ната, когда он был частью нашей группы.
От этого откровения по спине Селесты пробежал холодок. Нат никогда не упоминал при ней это имя. Неужели мужчина действительно говорил ей правду? Неужели Селеста так мало знала о прошлом Натаниэля? Но в глубине души она знала, что Зефир не лгал. Кроме того, жрицу успокаивало сходство этого наемника с Натом. Зефир напоминал девушке о Натаниэле. Вот почему она его не боялась.
– Я здесь не для того, чтобы говорить о Нате или его прежней связи с тобой. – Жрица, тем не менее, решительно сменила тему.
– Жаль. А я бы хотел немного поговорить о Нате. Должно быть, у нас с вами есть истории, которыми мы могли бы поделиться. Как его истинная избранница, вы наверняка знаете о нем довольно много. – Его взгляд снова скользнул по ее фигуре.
Щеки Селесты покраснели, когда она невольно потянулась к кольцу, спрятанному под одеждой. Обещание совместного будущего, данное ей Натаниэлем. При этой мысли глаза девушки затуманились, и она опустила руку.
Зефир, внимательно наблюдавший за жрицей все это время, прищурился.
– Вы больше не верите в него, – удивленно произнес он. Склонив голову, мужчина выжидательно смотрел на Селесту. В его глазах отражалось понимание.
Селеста фыркнула.
– Не стоит говорить со мной так, будто ты меня знаешь. – Она явилась сюда по одной-единственной, совершенно определенной причине. И она состояла не в том, чтобы заводить с преступниками дружбу или изливать им свою душу.
Ника и Марко, стоявшие слева и справа от жрицы, казалось, напряглись. Селеста попыталась успокоиться.
– Верно, я вас не знаю. Но зато знаю Ната. По крайней мере, раньше знал. Он изменился. И, думаю, значительный вклад в это изменение внесли вы. – Он приподнял бровь и окинул жрицу критическим взглядом.
Кровь ее вскипела. Селеста не могла показать своей слабости или позволить себе отвлечься в его присутствии. Она пришла сюда с совершенно определенной задачей, и этот план ни при каких обстоятельствах не должен был провалиться!
– Это обвинение? – спросила она, скрестив руки на груди. Краем глаза она увидела, как Ника крепче сжала рукоять своего меча. Трое мужчин рассредоточились по комнате позади них, блокируя дверь, а значит, и путь к бегству.
Зефир запрокинул голову и хрипло расхохотался.
– Скорее комплимент. – При этих словах глаза Селесты едва заметно расширились. Она этого не ожидала. Однако наемник, не обратив на ее реакцию никакого внимания, продолжал говорить: – С тех пор, как я впервые встретился с Натом, он всегда был полон гнева. Но когда я потом снова увидел его в Самаре, он стал другим. Гнев исчез, будто его и не было. В его глазах, скорее, читался страх.
– Страх? – глухо повторила Селеста. – Что ты с ним сделал?
Она и не подозревала, что Зефир и Нат встречались в Самаре. Она вообще не знала, что в жизни Ната когда-то существовал лучший друг по имени Зефир.
– Я просто сказал ему, что мы не собираемся забывать. И что его враги – это не только атеисты, – ответил Зефир, окинув при этом Марко каким-то странным взглядом.
Глаза Селесты сузились, а мысли в голове закрутились с такой быстротой, что это было почти больно. Она пыталась понять, на что намекал наемник, но никак не могла. Какое отношение Зефир имел к Марко? Может ли это иметь какое-то отношение к нападению на нее? К тому, что яд, который должен был убить Селесту, был найден в комнате Марко? Зефир упомянул, что несколько раз действовал от имени атеистов.
Словно мрачное предзнаменование, расползлись по комнате слова Зефира, и по спине Селесты вновь пробежал холодок. То, что Зефир явно считал себя врагом Ната, заставило Селесту усомниться в своем замысле.
– Так, значит, ты мне не поможешь?
Губы Зефира расплылись в дьявольской ухмылке:
– Мы наемники, жрица. Если оплата достойна, мы действуем даже от имени врага.