Лорд, защищаясь, выставил перед собой руки:
– Конечно, нет, миледи, я доверяю Юлу, но по-настоящему мы можем положиться только на вас и ваш дар.
Селеста задумалась над этими словами. После разговора с Эспеном и Никой она тренировалась. Она хотела быть сильной, хотела сражаться за свою страну и людей, которые были ей дороги. И для этой борьбы жрице требовались все ее силы. В том числе и божественные способности.
– Аура человека всегда показывает мне его истинное «Я». Его намерения, его чувства. Она не может мне лгать.
В ответ Карим удовлетворенно кивнул, словно у него с сердца свалился камень. Он успокаивающе похлопал Юла по плечу, который после слов жрицы слегка расслабился.
– Простите, я не хотел в вас сомневаться.
Селеста только отмахнулась.
– Ваши сомнения вполне законны и обоснованы, вам не стоит волноваться. Ваш ученик на нашей стороне, и он говорит правду. – Она с невероятным трудом проглотила ком в горле, глядя на письмо в своих руках. – Это послание от Натаниэля.
Ее глаза остановились на конверте. Руки жрицы слегка дрожали, когда прозвучал голос Адриана:
– Что пишет король?
Боль вонзилась Селесте в самое сердце. Не говоря ни слова, девушка передала письмо Кариму. Там было написано его имя. Не Селесты. И этот факт очень обеспокоил девушку.
Карим бросил на нее быстрый взгляд, а потом вскрыл конверт. Он пробежал глазами строки, которые адресовал ему Нат.
– Натаниэль пишет, что атеисты заняли столицу. Он и министры в плену. – Карим на мгновение остановился и провел свободной рукой по аккуратно подстриженной бороде. – Еще он пишет, что верховный септон стоит на стороне атеистов.
По залу пронесся ропот. Селеста закрыла глаза. Кто еще встал на сторону врага?
– Яким – предатель? Это невозможно! – раздался взволнованный голос Симеи. Она была септиной Самары, а Яким – септоном Соляриса. Они с Якимом были союзниками, защищавшими веру в своих провинциях. А не теми, кто объявлял ей войну.
Лорд Карим бросил на Симею взгляд, в котором отчетливо читалось сожаление. Когда он заговорил снова, его голос звучал мягко:
– Мне тоже очень трудно в это поверить. Но здесь это написано черным по белому.
Адриан подошел к жене и положил ей руку на плечо. Ласково погладил по спине.
– Зачем Натаниэлю утверждать это, если это – неправда?
Карим осторожно кивнул.
– Однако здесь не сказано, почему Яким вступил в союз с атеистами. Об этом можно только догадываться.
Адмирал Эмир в своем кресле подался вперед. Он пристально посмотрел на Карима.
– Что еще пишет король?
Селеста слушала лорда Карима, который продолжал читать, и ее взгляд скользил по комнате. Они собрали заседание Совета. Присутствовали жрицы, советники короля и септины провинций. Придворные Ната протестовали против своего отсутствия, но королевские советники были суровы.
Селеста могла понять это решение. Исключение было сделано только для Эспена, Ники и Марко. Трое солдат тоже находились в комнате.
– Айла – голова вражеской змеи, пишет Натаниэль. Она заменила в Солярисе королевских солдат на атеистов. Так что взять город нам будет нелегко. Другие атеисты пока скрываются, Натаниэль не знает, каковы силы их войск.
Карим повернулся к Эмиру, который принял информацию к сведению, прищурив глаза. Это было не то, на что надеялся адмирал.
– Должно быть, ему стоило немалых усилий отправить нам это сообщение, – тихим голосом произнесла Линнея. До сих пор она не принимала участия в обсуждении. Ей не хватало опыта ведения войны. Как, впрочем, и Малии. Жрицы слушали и учились. Это было все, что они могли сделать в данный момент.
– Тебя преследовали, юноша? – спросил Халид у Юла. Лекарь, обычно выступавший в роли молчаливого слушателя, впервые подал голос. То был содержательный человек, и его способности в искусстве врачевания были известны по всей стране.
Услышав обращенный к нему вопрос, Юл побледнел и быстро покачал головой.
– Нет, милорд. По крайней мере, я не заметил преследователей.
Ника поморщилась и вздохнула. Скрестив руки на груди, она прислонилась к стене у окна.
– Никак не представляю себе, как он мог незаметно сбежать из Соляриса. Айла, кажется, очень уверена в себе.
Селеста могла только согласиться с телохранительницей. Айла была стратегом. Казалось, она все предвидела и имела план на все случаи жизни. Нат был умен, но до хитрости Айлы ему было далеко.
– Будем исходить из того, что теперь атеисты знают, где мы находимся.
Эспен, занявший место позади Селесты, твердо кивнул. Солдат не отходил от нее ни на шаг, и Селеста уже привыкла к его присутствию.