– Куда собрались? – спросили их сразу грубым голосом. Ребята подняли руки вверх.
– У нас шпионы, – услышали они через скафандр, – ведите их. Иван хотел было объясниться, но Коаты не дали ему это сделать, а повели под прицелом по коридору.
– Опять это повторяется, – сказал Иван Есении по внутренней связи. – Да, но что-то здесь не то, – подтвердила Есения.
Коаты провели их по сверкающему залу с картинами многих красивых планет, портретами правителей Коатов. На одной из картин Есения увидела, лес с рекой, где они были, и кивнула Ивану. Увидев знакомый пейзаж, Иван хотел руками объяснить, что они там были, но получил удар по спине и предложение идти дальше, только без фокусов.
– Ну, что голубчики, попались, снимите с них скафандры, посмотрим на них, – сказал один из главных Коатов, к которому привели под конвоем ребят.
Когда ребята сняли шлемы, Коаты словно на секунду оцепенели, замерли, уставившись в их лица и вдруг упали перед ними на колени. Иван пожал плечами и посмотрел на Есению, она сделала тоже самое.
– Ив и Еса, Ив и Еса, – повторял главный Коат, приклонивший главу. – Что происходит? – спросил у всех Иван.
– Ив, Еса, – повторял Коат, подняв голову и указывая на Ивана и Есению.
– Объясните, – попросила Есения.
Поднявшись на ноги, главный Коат подошёл к ребятам и, склонив голову представился – Гай.
– Гай, ты можешь внятно сказать, что происходит? – уже потребовал Иван.
Гай словно потеряв дар речи, позвал рукой ребят идти за ним. Все остальные так и остались лежать на полу на коленях со склонёнными головами. Пройдя несколько комнат, Гай завёл их в высокий кабинет и подвёл к одной фотографии. На ней ребята узнали себя в лесу, когда они передавали добытый кристалл в пещере Коатам.
– Ну, вот и я вам это хотел сказать, что мы уже давно с вами знакомы, – улыбнувшись, сказал Иван.
– А вы слышать не хотели, – подтвердила Есения.
– Но как, вы же Б..б..бо-ги, – заикаясь только и смог вымолвить Гай. – Боги? – удивилась Есения.
– А вот здесь поподробнее, – почесал затылок Иван и попросил рассказать Гая подробности. Гай начал дрожащим голосом рассказывать историю…
– Подожди, подожди, это мы знаем… а какой сейчас год? – начал уже догадываться Иван.
– Три тысячи двести сороковой, – ответил Гай.
– Что это значит? – спросила Есения, выпучив глаза. – Нет… нет, этого не может быть… Как… это не возможно… мы… мы в будущем, – сказал Иван, попятившись назад от картины и плюхнувшись на стул.
Глава 16
– Но это же невозможно? – сказала Есения.
– Надо бы разобраться, как вы летели? – спросил Гай. – Да, в принципе, обычно, единственное, что мы один раз врезались в астероид и потом использовали его в качестве щита, – сказал Иван.
– Ну-ка, ну-ка здесь поподробнее, – сказал Гай.
Иван рассказал более подробно об их путешествии.
– Понятно, скорее всего, это астероид вас бросил через пространство, дело в том, что мы давно наблюдаем за астероидами и за время своего полёта по космосу они набирают очень большую энергетическую оболочку вокруг себя и любое столкновение с ними выбрасывает огромное количество энергии в космос. Мы думали, что иногда они просто сгорают и исчезают, а теперь нам ясно, что получается, они могут этой энергией вскрыть временное пространство и переместиться во времени, прыгнуть, так сказать, – стал размышлять Гай.
– Телепортироваться, – сказал Есения и показала свою руку с браслетами.
– О, у вас есть эти волшебные бусины, они исчезли у нас лет триста назад, когда мы полностью перешли на технические рельсы и утратили эти способности волшебных бусин, теперь мы читаем о них только в книжках и уже не верим, что они существовали, – покачал головой Гай.
– А что если мы попробуем здесь их сейчас использовать, получится, нет? – спросил Иван.
– Да, но зачем, сейчас нужно решить вопрос, как вас доставить обратно, – сказал Гай.
– Это точно, – подтвердила Есения.
– А что произошло за эту тысячу лет? – спросил Иван. – Много чего, ну, например, большую часть космоса освоили и описали, заселили множество планет, открыли сотни новых технологий, и вот с вашей помощью, мы уже вплотную подошли к перемещениям во времени, над которыми бились уже несколько сотен лет. Единственное, что не смогли мы искоренить, это воинственность живых существ, почему-то так и не удаётся стать мирной вселенной, приходится постоянно защищаться, от всё новых и новых придумок и технических новинок, которые изобретают иные виды, – вздохнул Гай.