– Тот самый Кастэр Кайер?
– Видимо, да.
Старик немного подумал и распахнул дверь шире. Внимательно осмотрел визитеров своими светлыми, почти бесцветными глазами и кивнул:
– Ладно.
Развернувшись, он поковылял вглубь дома, опираясь на кривую палку. Кас пошел следом. Господин Сэдли запер за ними дверь.
Старик привел их в комнату с заколоченным окном и керосинкой в углу. В ней было темно и очень тесно. Низкий потолок покрылся некрасивыми темными пятнами копоти от ламп. У стен друг на друга городились шкафы, а в углу притаилась маленькая печка.
– Подумать только, – пробормотал Дорн, не сводя глаз с Каса. – Тот самый маг… Единственный, кому хватило сил противостоять церковникам. Пока они не задавили его своей подлостью.
– Вы поразительно осведомлены.
– Старый Дорн вообще много чего знает, – хмыкнул старик. – Вот только его никто не хотел слушать. Даже тогда. А сейчас уж и подавно.
– Мы пришли, чтобы послушать, – подал голос господин Сэдли. – Про магический полюс.
– Магический полюс, о да. – Бесцветные глаза заблестели. – Моя миссия, моя идея фикс. Кто бы мог подумать, что спустя столько лет найдутся те, кто захочет узнать о нем.
– Вы расскажете?
Он немного помолчал и начал говорить.
– Много лет, веков и тысячелетий маги пользовались силой, не задумываясь о ее природе. Принимали как должное тот факт, что она может накапливаться внутри, а потом расходоваться на заклинания и чары. Но ведь все гораздо сложнее и интереснее.
Кастэр нахмурился. Раньше магу и в голову не приходило попробовать вникнуть в этот вопрос. Единственное, что волновало его, да и не только его, – это сколько единиц энергии требует то или иное заклинание, каким законам подчиняются магические манипуляции, и на что способен персонально он сам. А энергия… Она всегда была, и одаренные всегда ей просто пользовались.
– Я занимался этой проблемой десятки лет, – вздохнул старый профессор. – Объездил весь материк. Проводил опыты, измерения, собирал данные. Без всякой поддержки, без понимания и одобрения. А потом и вовсе рискуя жизнью, когда за любую «ересь» церковники могли казнить без суда и следствия.
– На чем строилась ваша концепция? – поинтересовался господин Сэдли.
– Всегда было известно, что магическая энергия присутствует в любой точке нашего мира. Я решил, что у нее обязательно должны существовать свои собственные глобальные законы. И через годы исследований понял: это не просто рассеянная в пространстве сила, а поле, пронизанное силовыми линиями. Энергия течет по этим линиям, образуя непрерывный круговорот магии, который поддерживает само существование Нортана. Обычные люди не способны его ощутить, а вот маги включены в этот круговорот и могут черпать энергию, преобразуя в заклинания и чары.
– И что это нам дает? – просил Кас хмуро.
– Маги – не просто люди с особыми способностями. Они – как маленькие источники, которые являются неотъемлемой частью поля. Которые обеспечивают его стабильность и непрерывность здесь, над поверхностью, как узелки рыболовной сети. А магия – залог жизни Нортана.
– А как это соотносится с концепцией Изначальных? Ведь магов создали они, а не Нортан, – скептично прищурился господин Сэдли, сложив руки на груди.
– Отлично соотносится, – немного сумасшедше улыбнулся Альбехт Дорн. – Когда-то именно Изначальные хранили в Нортане эту самую стабильность. Но думаю, со временем они поняли, что чем больше «узелков», тем лучше. Поэтому научили магии обычных людей, обеспечив тем самым прочность и надежность поля.
Он помолчал немного и скривился:
– Вот только кажется, что поля почти не осталось. Оно ослабло, прорвалось, и магия начала уходить из Нортана. А за ней – и вся остальная жизнь.
– Почему оно ослабло?
– Потому что лишилось своих «узлов».
– Подождите, – медленно произнес Кас. – Вы имеете в виду, что не магия покинула Нортан и поэтому маги потеряли силу? А наоборот? Маги потеряли силу, и именно поэтому истончилось поле?
– Именно так, молодой человек. Нет, тот процесс, который стал очевиден всем, – когда массово начали слабеть одаренные, стали рассыпаться чары и артефакты – он был вторичным. Что-то судьбоносное произошло еще раньше.
– Занятно, – пробормотал господин Сэдли.
– Сомневаетесь? А ведь раньше о важности магов явно знали. Вы же историк, изучали Третью Калисийскую войну?
Сэдли задумчиво кивнул. Конечно, он знал этот период почти двадцатилетней войны, в которую было втянуто восемнадцать стран.
– Потери после нее были ужасны, – продолжил Дорн. – Особенно потери среди магов, которые всегда являлись основной ударной силой армий. И поэтому сразу в нескольких больших странах появился закон, действовавший на протяжении следующих ста пятидесяти лет.