Было неописуемо ужасно видеть, как отрубленная рука извивается и корчится, видеть, как напрягаются мышцы, а пальцы сжимаются и разжимаются. Даже будучи помещенными в банки со спиртом или формальдегидом, конечности продолжали сохранять жизнь и подвижность, и, наконец, в полном отчаянии чиновники похоронили их в бетонных глыбах, где, по их мнению, бессмертные фрагменты конечностей могли продолжать выживать и корчиться, пока не бетон не растрескается.