И еще хотела сказать: когда я одно время пыталась импровизировать на тему "люблю – шучу" – это была просто защита от внешнего вмешательства. Ты – осторожный, а я еще больше. Моя колкость (тоже защита) при общении с тобой постепенно улетучивается, и мне это нравится.
Пока.
Не печалься.
Один раз только видела твои печальные глаза, а расцеловать их, чтобы улыбнулись, тогда не догадалась.
Прости.
Твоя М.».
Письмо было подписано «М» – Машенька. Может быть: «Да». Но скорее всего: «Нет». И стиль, и дух изложения был совсем не тот, что в предыдущих посланиях. Или последующих… Но, может быть, все-таки «Да»?
– А не кажется ли тебе, друг мой, – выговорил он наконец. – Что ты совсем уже съехал от этих своих фантазий? – почесал затылок и обнаружил там шишку величиной со сливу. Поморщился. Подошел к зеркалу, покряхтел и начал набирать телефонный номер.
– Аня, – заторопился Сергей, как только прервались длинные гудки. – Я тут думал…
– Как индюк? – хихикнула трубка.
– Как целый выводок.
– Вот почему так долго. Вы договориться между собой не могли? А я уж тут чуть было снова звонить не начала.
– Как?
– Вероломно.
– Не дождался.
– Ты о чем?
– Ну, видишь, первым успел.
– И ставишь это себе в заслугу?
– Ставлю на заметку.
– Хорошо. Когда я тебя увижу?
– Если в субботу?
– Долго.
– Давай завтра.
– Ладно – в субботу.
– Я думал, ты соскучилась.
– Ну вот еще! Хотя знаешь… До субботы.
– Повинуюсь… – согласился Сергей.
– К полудню, – уточнила она. – Записывай адрес… – продиктовала. – Записал? Жду! – и повесила трубку.
Не прошло и трех минут, как телефон зазвонил снова. Сергей, придерживая на затылке полотенце со льдом, решил, что на сегодня с него хватит. Но аппарат звонил и звонил. Досчитав до 12 раз, парень не выдержал и снял трубку.
– Это снова я, – услышал он голос Анны. – У меня 2 года назад мать умерла. Будешь у нас – не касайся этой темы. Отец до сих пор переживает. Кстати, а ты не хочешь узнать, как я получила твой номер? Ну, пока… – нежно шепнула она, отключилась.
Абонент послушал гудки, положил трубку и вытащил кабель из розетки. Засунул письмо под подушку и лег спать.
В оставшуюся часть недели Сергей разгребал дела и заново приспосабливался к коллективу. Присмотрелся, между прочим, к Настеньке. Она была из тех субтильных девиц, о которых говорят: «В ней больше гонору, чем мяса». Проворная такая штучка.
Девушка оказалась активной и общительной. Но с Сергеем держалась подчеркнуто корректно и независимо. Впрочем, он не особенно задумывался над этим – проблем и без того хватало.
До скандала руки не дошли.
Ноябрь подходил к концу, отплевываясь последними охапками осенних листьев. Заморозки чередовались с оттепелями, делая город малопригодным для пеших прогулок. Пассажиры толклись на остановках. Месили снежную кашу. Транспорт опаздывал. Машины в бесконечных пробках забрасывали друг друга ледяной грязью. Утренние сумерки плавно перетекали в вечерние. До Весны оставалась еще целая вечность.
Субботним утром Сергей дождался, пока рассвело, и выбрался на улицу. Он зашел на рынок, купил букет желтых хризантем, поймал частника и отправился в гости.
Жигули забытой модели слегка побрякивали подвеской, но шум ее почти не ощущался за ревом пробитого глушителя и русского шансона. Мужчина, разместившийся за рулем, являл собой образчик национального извоза, зато был дешев и прост в обращении. К тому же упаковка освежителя воздуха в машине не только наводила аромат, но и радовала глаз. Это была не какая-нибудь картонка елочной формы или листок с видом обнаженной красотки. Нет! Настоящая корона, перед которой меркнут все жалкие образчики современных ароматизаторов. Корона, с цыганской изощренностью выполненная из красной, золотой и черной пластмассы, имела на макушке полумесяц с красным камнем, покрутив который можно было открыть вентиляционные щели, и наружу вырывался запах жидкости для чистки унитазов, что создавало в автомобиле атмосферу цивилизованного придорожного сортира, которую не компенсировали даже цветы, скорчившиеся на заднем сиденье.
Однако машина легко пролезла по всем буеракам коммунальных дворов и остановилась у самого подъезда. Оставалось только подняться по лестнице и нажать кнопку звонка.
Хозяйка отворила дверь, сунула лицо в цветы, пролепетала дежурное:
– Какая прелесть! – и громко ойкнула, потому что из-под ее ног вылетел и бросился вглубь квартиры огромный сибирский кот. – Зовут Чапай, – успокоила себя девушка. – Не бойся, он только с виду такой строптивый. Проходи.