Александр Великий вошел в Индию и пожелал постичь мудрость Брахманов.
– Имеете ли вы игумена? – спросил завоеватель.
– Дандамий – старейшина наш. – Ответствовали мудрые.
– Хотел бы целовать его. – И Александра провели к старцу. Борода его тряслась, и голос был так слаб, что государю приходилось нагибаться, чтобы разобрать сказанное.
– Зачем ты воюешь: если и всем обладать будешь, возможешь ли взять с собой?
– В этом моя суть. – Горестно воскликнул Александр. – Зачем ветер вздымает море? Зачем ураган вздымает пески? Зачем тучи несутся, и гнется лоза? Зачем рожден ты Дандамием, а я – Александром? Зачем? Ты же, мудрый, проси, чего хочешь, все тебе дам я, Владыка Мира!
Диндамий потянул его за руку и прошептал ласково:
– Дай мне бессмертие.
Александр, побледнев, вырвал пальцы из рук старика и, не оборачиваясь, быстро вышел из рощи мудрецов к реке, где над желтой водой толклась однодневная мошкара в вечном хороводе.
В лавке что-то брякнуло, и снова раздался голос Антиквара:
– Надо бы нам к вечеру экспозицию поменять. Обещают новый товар на реализацию… – скрип шагов начал удаляться. – Ко мне тут Михалыч наведался. Мы с ним посидим чуток напротив – ну, ты знаешь. Если что – звони на трубку. Давай… А потом займемся…
– Конечно, Лука Петрович! – прощебетала продавщица. Дверь хлопнула. Сергей выпустил воздух и покинул убежище.
– Слава Богу, Вы не выходили! – воскликнула Катенька. – Мне бы страшно попало.
– Я догадался… Виноват. Можно искупить? Цветы любите?
– И не только, – она облегченно хихикнула и передала ему запакованную покупку.
– Вечером после работы?
– Идет… – дверь заскрипела, и они разом обернулись на звук. Появилась эффектная пожилая дама в норковом полушубке поверх обширного тела.
Здравствуйте Софья Михайловна! – девушка обрадовалась ей как родной.
– Петрович на месте?
– Нет. Кофе с Михалычем пьет.
– А… – сказала дама, пристально рассмотрела Сергея и скрылась в коридоре.
– Это наш бухгалтер. Идите уже.
– До вечера?
– Да. Идите, идите....
Он распахнул дверь и огляделся. Увидел вывеску кафе и двинулся в противоположную сторону.
Вернувшись домой, Сергей обнаружил в дверях записку:
«Позвони мне. Очень важно! Это касается только тебя и меня», – писала Лена.. Он решил, что она блефует, и ему сразу стало скучно. Скомкал листок, бросил в ведро и позвонил Коляну.
– Привет, как дела?
– А, это ты! Замечательно! – ответил Колян и странно хихикнул.
– У кого замечательно?
– А ты про кого спросил?
– Согласен. – Сергей замолчал, не зная, что еще сказать.
– Что касается наших дел, – Коляну надоело держать паузу. – То фирма ваша начала процедуру банкротства, и это понятно. Контракт исчерпан и аннулирован. Еще? Машину твою я оформил на Сашку (по доверке). Так вот вчера ее угнали, проломив ему череп.
– Живой? – встрял Сергей.
– Слава Богу, быстро подобрали. В реанимации. И где тебя только черт носит! Хочешь, про Лену расскажу?
– Нет! – отрезал Сергей.
– Как знаешь. А в остальном, прекрасная маркиза…
– Сашку за машину? – счел нужным уточнить собеседник.
– Не думаю. Так что посиди-ка ты еще, где поглубже. Вот если тачку вернут процентов за тридцать. Тогда быть может всего лишь в ней и дело. Да! И последи за собой, когда будешь уходить. Впрочем, настоящая наружка все равно тебя удержит. Так что вали по-скорому. Понял?
– Понял! – Сергей не заставил себя долго уговаривать. Накатал на листке бумаги: «Покидая этот мир, жаждал увидеть Вас, но не было дома… P.S. У меня слетела шляпа! Крыша. Или что еще там?». Сунул бумажку в дверь и направился к метро, интенсивно оглядываясь по сторонам.
Пустой, сияющий изнутри поезд подкатил к станции, и беглец вошел в мягко раздвинувшиеся двери. Вагон тронулся, покатил грохоча и набирая скорость –темнота тоннеля снова смахнула все. Но что же дальше?
Трясясь в вагоне электрички, он думал о Сашке. О том, что бросил друга, даже не навестив. О фотографиях, которые так и не просмотрел. О девочке-продавщице. Вспомнил об Ольге.
В это время поезд резко сбросил ход и остановился. В динамиках похрустело, поцокало, раздался голос машиниста:
– Господа, пассажиры, в связи с экстренным ремонтом скрытых коммуникаций, поезд переводится на резервную линию.
– Мы пойдем другим путем! – подтвердил Сергей и прикусил язык.
– Просьба освободить вагоны, поезд дальше не пойдет, – оповестил тот же голос на следующей станции, и пассажир вышел в огромный зал, отделанный серым песчаником. Огляделся по сторонам – народ торопливо исчезал за рядами колонн – двинулся следом. Когда он подходил к эскалатору, зал был уже совершенно пуст. Только у самых ступенек на корточках сидел смешной старичок с лицом человека, не привыкшего к долгим размышлениям и голубыми – в цвет весеннего неба глазами. Он мусолил во рту губную гармошку и делал умильную физиономию. В коробке у его ног валялось несколько монет. И Сергей вывалил туда всю скопившуюся в карманах мелочь.