Почти все дома в городе были ярко раскрашены и покрыты настенными росписями, как в Помпеях. Они — главный источник наших сведений о повседневной жизни горожан. Однако археологи не нашли ни одного портрета и — не в пример императорскому Риму — ни одной статуи правителя. Может быть, как полагают некоторые историки, Теотиуакан был первой республикой на американской земле?
На сохранившихся фресках мы видим пышно одетых или обнаженных людей, а также войну, жертвенные приношения, кровь. Часто встречаются изображения растений, животных, сказочных существ. Смысл многих композиций не ясен. Популярны, например, религиозные сюжеты, о значении которых мы можем только догадываться, вспоминая мифы ацтеков и майя. Со стен зданий на нас глядят и ацтекский бог дождя Тлалок, и некая неизвестная богиня, оставленная в призрачном прошлом, как и души хозяев этих жилищ.
Жилищ и работных домов. Здесь обнаружено более четырех сотен мастерских, где обрабатывали обсидиан, и около пяти сотен мастерских, в которых изготавливали керамику. В городе было налажено чуть ли не промышленное производство украшений и культовых статуэток. Этот мегаполис в те века был для Месоамерики буквально всем: главной святыней, духовным оплотом, важнейшим промышленным и инновационным центром Древней Америки.
Так продолжалось примерно до 600 года. Затем влияние Теотиуакана начинает убывать, а около 750 года происходит катастрофа. Центр города выжжен. В этом пламени исчезло славное прошлое. Кто возжег его? Захватчики, привлеченные богатствами, которых, казалось бы, не истощит никакая война? Мятежники, громившие память о ненавистном правителе? Или город давно пережил свое славное прошлое, уступив в соперничестве новым торговым и политическим центрам — городам майя?
Как бы то ни было, великий город умер. Последние жители ушли из него, судя по археологическим находкам, в IX веке. Однако опустевшие руины не были окончательно забыты. Они стали местом паломничества. Особенно почитали их ацтеки.
Так, страшным факелом, зажженным посреди Дороги мертвых, заканчивается история этого «города больше, чем города» и этой «империи меньше, чем империя». Чем же было на самом деле «Место, где люди становятся богами»?
Быть может, его правители были верховными жрецами, которых потомки почитали как богов, а местная знать — высшие чиновники и военные вожди — занимали жреческие должности и считались посредниками между миром людей и богов. Выбирая одежды божеств, они становились ими. На фресках, найденных в Теотиуакане, мы видим жрецов, облаченных, как бог дождя, как ягуар, койот или божество в облике птицы.
Возможности правителей Теотиуакана мы тоже готовы очертить лишь приблизительно. Чем они распоряжались, городом или страной? «В действительности, не существовало никакой империи под названием Теотиуакан, — полагает немецкий археолог Ханс Прем, — была лишь громадная территория, на которой явственно ощущалось влияние Теотиуакана». Теотиуакан не был государственным образованием — тем более, национальным государством в том смысле, какой мы привыкли этому придавать.
Исследователи называют этот феномен «смешением политической и экономической империи». Политическое и военное превосходство Теотиуакана над окружающими странами и племенами пока не подтверждено строками отсутствующих хроник. Зато многочисленные находки свидетельствуют о том, что власти города стремились расширять и контролировать торговлю с отдаленными областями.
Теотиуакан лежал в центре обширной торговой сети, по которой со всех концов Месоамерики к нему стекались самые ценные товары: нефрит — из Южный Мексики, перья священной птицы кецаль — из Гватемалы, драгоценные камни — с севера, хлопок — с побережья Мексиканского залива. В свою очередь, товары, созданные городскими мастерами, идеи, изобретения, религиозные верования распространялись по всему этому обширному региону — от Северной Мексики до Сальвадора. На территории Гватемалы и Гондураса, в руинах городов, основанных майя, за тысячу километров от Теотиуакана, неизменно находят предметы, доставленные оттуда. В архитектуре и живописи майя неоспоримо влияние Теотиуакана. Следы его мы видим в керамике, архитектуре и иконографии: в Копане (Гондурас), Тикале и Каминальгую (Гватемала), а также в городах на полуострове Юкатан (Мексика).