– Химические вещества, – сказал Ширманхевер, – которые могут быть гораздо более мощными и таинственными, чем радиоактивные минералы, и которые могут обладать удивительными новыми и жизненно важными свойствами, которые, кто знает, возможно, действительно привели к возникновению…
Он замолчал. В тот момент я не уловил истинного смысла того, что он сказал. У меня появилось только смутное, но отчетливое чувство опасности. Возможно, это было тепло тропической ночи, и горящие глаза Ширманхевера рядом с моими, черные очертания этих высоких пальм на фоне звездного неба напоминают о днях, когда вся земля была бескрайними плодородными джунглями.
– Не слишком ли рискованный такой эксперимент? – спросил я. – Если такие химикаты действительно существуют, и вы собираете их в любом количестве, не могут ли они оказать негативное воздействие на человеческий организм?
– Очень вероятно, – ответил Ширманхевер, но волнение в его голосе доказывало, как мало он слышал. Он добавил:
– В неизвестности всегда есть риск.
С этого момента он стал ужасно бледнеть. У него пропал аппетит. У него были приступы дрожи, которые заставили меня испугаться, что он подхватил какую-нибудь тропическую лихорадка. Я видел, как он время от времени появлялся из недр плавучей лаборатории, размахивая руками перед собой, как будто пытаясь избавиться от невыносимой жары. Он расхаживал по белому пляжу, бормоча что-то себе под нос и жестикулируя. Однажды он крикнул:
– Я наконец-то нашел это – Секрет Жизни! У меня есть то, что впервые породило Жизнь! У меня это есть там, – он указал на плавучую лабораторию. – Это, большая часть этого! – Он сложил ладони чашечкой. – И прежде чем я закончу, я поглощу все это!
Он возбужденно раскинул руки в жесте, который, казалось, охватывал весь горизонт.
Дрожь ужаса пронзила меня. Внезапно я осознал правду о том, почему Ширманхевер чахнет, вспомнил свое случайное предположение той ночью, забытое на следующее утро. Что-то более смертоносное, чем яд, пожирало его. Я схватил его за руку, пытаясь помешать ему снова пойти к лодке, Ширманхевер вырвался, и выражение его глаз, когда он отпрыгнул, сказало мне, что он сошел с ума, совершенно сошел с ума.
Следующая неделя была настоящим кошмаром. Ширманхевер, с хитростью безумца, теперь спал на лодке, опасаясь, что я схвачу его, если он вернется в бунгало. Но он крадучись вышел на берег, и в лунном свете я несколько раз видел, как он расхаживал по пляжу, странно пошатываясь, как пьяный. Наконец я больше не мог этого выносить. Я решил, даже рискуя собственной жизнью, отправиться в плавучую лабораторию и выяснить, что он там делал, и насильно вернуть его на берег.
Однажды вечером, в сумерках, я отправился в путь. Когда я ступил на палубу лодки, из люка появился Ширманхевер. Он задыхался, в его глазах было безумие, но при виде меня он, казалось, взял себя в руки. С судорожным усилием он схватился руками за голову, и в этот момент, я думаю, он понял, что умирает. Повернувшись, он, пошатываясь, спустился по ступенькам внутрь судна, что-то сделал с механизмами, затем снова появился на палубе, держа в руках большое платиновое блюдо, содержащее странную соль, которая светилась бледно-зеленым фосфоресцированием цвета морской волны, я мельком увидел это странное вещество, затем Ширманхевер швырнул блюдо в океан, который поглотил его с легким шипением. В последний миг здравомыслия Ширманхевер схватил меня за руку и хрипло крикнул:
– Иди! Не теряй ни минуты! Немедленно возвращайтесь на берег, потому что это, – его дрожащие пальцы выскользнули из моих, чтобы указать на лодку, на которой мы стояли, – останется здесь не больше нескольких секунд.
Затем он рухнул на палубу мертвым.
Неудержимая паника охватила меня при виде этого распростертого тела, этой ужасной, зловещей тишины, которой я был окружен, и, вскочив в лодку, я бешено греб к берегу. Едва моя нога ступила на сушу, как позади меня раздался рев, и плавучая лаборатория раскололась на горящие фрагменты, которые мгновение спустя поглотила вода. После более чем месяца ужасающего одиночества яхта вернулась и увезла меня обратно в Америку. Последующее развитие событий известно всем – как, один за другим, заводы Ширманхевера перестали функционировать, как будто в химических магнитах был какой-то жизненно важный элемент, аналогичный электрической батарее, которая нуждалась в обновлении через определенное количество лет, и секрет восстановления этой энергии был известен только его создателю. По-прежнему предпринимаются отчаянные попытки заново открыть секреты Ширманхевера, чтобы еще раз вдохнуть жизнь в эту великую океанскую индустрию, которая сейчас бездействует. И, самое интересное для меня, это многочисленные предположения ученых о природе тех таинственных элементов, которые вызвали ужасный конец Ширманхевера. До сегодняшнего дня общепризнано, что Ширманхеверу действительно удалось извлечь из океанской воды в заметном количестве, это несомненно было то зеленоватое фосфоресцирующее вещество в платиновом блюде, некоторые редкие, но чрезвычайно сложные и мощные химические вещества, которые миллионы лет назад, когда земля была сплошным океаном, впервые породили жизнь.