Я тоже мечтал об этом. Так как в Сети мои рассказы пользовались определенной популярностью, мне казалось, что я смогу издать успешный роман и в реальности. Я очень гордился своим творчеством. Когда мы где-то собирались, со мной всегда хотели сидеть рядом, иногда даже дарили подарки и угощали выпивкой, поясняя, что сейчас как раз читают мою книгу.
Однако проблема заключалась в том, что, хотя жанр криминального романа достаточно популярен, он все же рассчитан на определенную узкую аудиторию. Не важно, насколько искусно убийца совершал преступление и насколько гениально он был задержан, — внимание любителей жанра фэнтези привлечь не удавалось. Мои герои не умели противостоять одержимому призраком летающему мечу, или волшебнику, сбрасывающему на врага метеориты, или огнедышащему дракону.
На страницах среднестатистических книжных сообществ в локальных сетях количество ежедневных посетителей достигало десятков тысяч, а количество просмотров размещенных там рассказов переваливало за тысячу, но у нас выходило лишь около сотни просмотров в день, и побить этот рекорд не удавалось. Сейчас криминальных романов довольно много, но в те годы ничего стоящего не издавали еще со времен Агаты Кристи. Тогда все внимание было сосредоточено на издании детских книг.
В итоге мои мечты так и остались лишь мечтами, потому что в конце второго курса вместе с табелем с оценками мне вручили повестку о призыве в армию.
Говорят, чтобы достичь зрелости, нужно отслужить. Я не уверен, что это правда. Но, во всяком случае, армейские дни заставили меня взглянуть со стороны на свое увлечение писательством. К тому времени, как я получил звание рядового, ко мне понемногу пришло осознание того, что невозможно зарабатывать на жизнь написанием рассказов, которые читает лишь сто человек. Когда же я стал капралом, популярность историй в локальных сетях начала спадать.
Летом того года, перед посещением нашей части командиром дивизии, все книги из комнаты отдыха были собраны в стопки и отправлены на склад в качестве макулатуры, и еще до прихода осени, когда стали популярны драконы и магия, наши книги о боевых искусствах продали, чтобы они не занимали лишнее место. Потом рухнул Международный валютный фонд. Никто из солдат и понятия не имел, что это значило, но ходили слухи, что работу теперь не найти. Некоторые из парней предпочли остаться в армии, и в казармах шумно обсуждались насущные проблемы.
За месяц до приезда командира среди новобранцев распространился слух, что популярность набирает нечто под названием «интернет». Отовсюду так и слышалось: «СтарКрафт», «порновидео» — непонятные слова, да и только. Когда приезжал очередной новобранец, его начинали засыпать вопросами, не дав даже сбросить тяжелую сумку.
— Что же это за интернет такой?
— Сходите в интернет-кафе, и все поймете.
— Неужели все и правда так круто? Даже то самое можно увидеть?
Ответ лежащего на дальней койке старшины мгновенно заставил всех замолчать. С заговорщическим видом он вильнул тазом и заверил:
— Вообще все можно увидеть.
Все одновременно сглотнули. Наверное, в то же мгновение солдаты разом почувствовали жар у себя между ног. Подобно сжигающей их похоти, слухи об интернете обрастали новыми подробностями, а потом стихали, словно какая-то сказка или легенда. Например, ходили разговоры, что качество съемки в фильме «Красный шарф» настолько высокое, что можно разглядеть то самое место женщины даже лучше, чем сидя в кинотеатре. Правда ли это? Разве может что-то быть невозможным, когда с помощью компьютера легко получится связаться с человеком в любой точке мира, общаться с незнакомцами и даже любоваться на голых женщин?
Все в части казались приятно взбудораженными, но у меня на душе было неспокойно. Я не мог распознать причину своей тревоги, и это заставляло меня волноваться еще сильнее.
Одной зимней ночью, в отпуске перед демобилизацией, я отправился в компьютерный клуб и попытался подключиться к своей старой локальной сети, но не смог. Когда я обратился к сотруднику кафе, он рассмеялся:
— Вы что, пытаетесь подключиться к локальной сети? Это же ЛВС.
Я по-прежнему не понимал, что нужно сделать, но желание задавать вопросы пропало.
Без сил вернувшись домой, я нашел в шкафу запыленный модем, на котором было выгравировано название телекоммуникационной компании, и подключил его. За время моего отсутствия ничего не изменилось: долгие гудки и шум. У меня вдруг зачесались пальцы.
После подключения начало происходить что-то странное. Внизу экрана появилось уведомление, сообщающее, что компьютер скоро перестанет поддерживать этот вид связи. К сети было подключено всего три человека — невероятно мало. Я зажал сочетание клавиш, которое не выветрилось из моей памяти даже за два года, и вошел в свое старое сообщество. Последний рассказ был опубликован три месяца назад, его прочитало всего пять человек. Все говорили, что им очень жаль.