— Чего? Первой звезды? — уточнил на всякий случай.
— Нет, твоего друида, — изящно потянувшись ответила Мадлен, видимо она тоже всю дорогу давила подушку. — Или нашего друга Тарнуга, ты его этим самым друидом не назови, а то он вспыльчивый малый, еще не так поймет, — предупредила она меня.
Я не успел задать новый вопрос, поскольку из окружающей лесной чащи донесся душераздирающий вой, заставивший всех слегка вздрогнуть. Звук был столь жутким и пронзительным, что казалось, он пробирался прямо в самую душу, наполняя ее страхом и тревогой. Не мешкая, я потянулся за игольником, жалея, что карабин, как назло, остался наверху. Пронесшийся порыв ветра, казалось, шепнул тревожное предостережение, играя с листьями, как со струнами, создавая невообразимую симфонию угрозы.
Но Мадлен лишь улыбнулась. Ее глаза сверкнули в предвечернем свете, как у хищной кошки, поймавшей добычу. Она сложила руки рупором и проорала в лес что-то певучее на неизвестном мне языке. Поняв, что, похоже, битва отменяется, я не стал вооружаться и принялся вглядываться в редкий подлесок.
Первыми из него вынырнула пятерка здоровенных волкодавов. Их глаза светились в полумраке, а мускулистые тела двигались с пугающей грацией. Но мое внимание привлек их хозяин. Накинутая на голову шкура лютоволка прятала в тени своего оскала внимательный взгляд незнакомца, а обильная растительность на лице завершала маскировку. Он выглядел, словно воплощение самого леса — дикого, опасного и непредсказуемого. Остальной наряд, казалось, состоял из колышущихся при движении полосок меха, которые шептали о древних тайнах и магии. Колоритный дядька, однако. Выйдя на дорогу, он осмотрел нас и молча махнув рукой пригласил следовать за собой. Лес впустил нас, как по волшебству, отрыв нам небольшую накатанную дорожку. И как мы ее сразу не заметили? Похоже на проделки местных чудотворцев, явно какие-то охранные артефакты скрывают эту тропку от чужих глаз.
Поездка продлилась недолго. Мы выкатили на большую поляну, окутанную мягким светом заходящего солнца, который играл на листьях деревьев золотистыми отблесками. В центре поляны находился домик, напоминающий жилище самого Бильбо Бэггинса. Жилище этого лесного обитателя было встроено в большой холм, покрытый густой травой. Наш проводник, не снижая скорости, направился к этому причудливому жилищу, оставляя нас позади и указав напоследок на одну из раскиданных по периметру поляны построек. Какой-то неправильный хоббит переросток. Ладно чаю выпить не позвал, так хоть бы нормально поздоровался. Моих спутников такое поведение хозяина не смутило. Ученики, как по команде, принялись резво распрягать и стреножить коней. Ривар, лениво следя за процессом, забивал свою любимую трубку. Мадлен, с её неизменным чувством собственного достоинства, вообще скрылась у себя в дилижансе, оставив нас разбираться с ситуацией. Вокруг нас царила тишина, нарушаемая лишь звуками природы и шорохом наших движений.
Пока все были заняты своими делами, я решил обследовать выделенное нам помещение. Рилла беззвучной тенью последовала за мной. Это было невысокое бревенчатое строение, почерневшее от времени и покрытое мхом, словно природа медленно поглощала его обратно. Узкие окошки-бойницы, вырубленные в стенах, практически не пропускали внутрь свет, создавая атмосферу мрачной таинственности.
Зайдя внутрь, я, недолго думая, врубил фонарь. Свет мгновенно разорвал темноту, но из-за громкого вскрика, который издала высвеченная мной в темноте фигура, пришлось тут же его погасить. Кто-то похожий на хозяина здешних мест, но в миниатюре, получил от нас световой удар по глазам. Ну а что они хотели, развели тут темноту и засели, напугать нас что ли решили? Мы не маги, но свет добыть «магём». Темнота еще пару минут обиженно бурчала и ругалась, но потом стала расползаться, как утренний туман, от зажигающихся одной за другой керосиновых ламп.
По крайней мере так они выглядели, на чем реально работают, нужно будет потом уточнить. Света стало хватать, и я смог нормально рассмотреть, встречающего нас администратора местного хостела. Передо мной стояла девушка с ярко-рыжими волосами, выбивающимися из-под шкуры лисы. В её облике и манере держаться была некая дикая грация. Зеленоватые глаза, смотрели на меня с вызовом, блестя, как изумруды в полутьме. Сестра Нурикса, однозначно.
— Привет, Беррана! — поприветствовал я её, стараясь показать дружелюбие.
— Здравствуйте… — запнулась она, не зная, как дальше обращаться ко мне.
— Я Алекс, — прервал я затянувшееся размышления. — Про тебя мне твой брат рассказал. Как дела? Как-то мрачновато здесь у вас.