Той ночью она скорее дремала, чем спала. И снился ей прекрасный мужчина с дивной улыбкой, обжигающими красными глазами и бараньими рогами. Он смеялся и тянул руки в сторону девушки. Смех его, низкий и томный, эхом отдавался в голове Каталины, и она, как в бреду, крутилась на своей кровати, подминая под себя одеяло.
Глава IV
Разбудил Каталину телефонный звонок. По правде говоря, она была рада вырваться из того состояния, которое овладело ею этой ночью. Она была во сне, но не выспалась ни капли. Хотелось терпкого, обжигающего кофе — может быть, он смог бы ее привести в чувства.
На экране мобильника высветился незнакомый номер.
— Слушаю.
Голос Каталины оказался едва слышимым, хриплым и уставшим.
— Привет, это Отис.
— Отис? — удивлённо переспросила Каталина, а, когда ее мозг начал работать, резво села в кровати и спросила: — Откуда у тебя мой номер?
— Я журналист, кудряшка, — весело отозвался тот. — Впрочем, звоню узнать, добралась ли ты.
— Да, — Каталина с тихим стоном откинулась обратно на подушку. — Вчера я ужинала с Уолтерами.
— Надеюсь, ты не сболтнула ничего лишнего.
— Для них я обычная библиотекарша, — вздохнула Каталина. — Я не глупа.
— Ты права, — задумчиво отозвался Отис. Повисла тишина, и Каталина уже было решила, что связь прервалась или же Отис сам отключился, но спустя пару секунд парень вновь заговорил, и на этот раз все веселье улетучилось, а голос его стал серьёзен и насторожен:
— Амелия тоже имела честь ужинать с семьей Уолтеров в первый день своего нахождения в отеле. И она добродушно поведала им, что является журналисткой и пишет статью для хроник.
— Думаешь, это как-то связано с тем, что она погибла?
— Думаю, что Уолтеры не такие белые барашки, какими кажутся.
— Ох, поверь, они такими совсем не кажутся.
— Будь осторожна, кудряшка. Любую информацию отправляй мне на почту, я тебе емайл скину через пару минут.
— Договорились. А… А что насчет мистера Фитцджеральда? Ты ему не рассказал о нашей самовольной авантюре?
— Чтобы он тут же вышиб меня с работы? — хмыкнул в ответ Отис. — Я тоже не глуп. Вернёшься с материалом для выпуска, тогда и поговорим с ним.
— О, нет, — предупредительно прошипела Каталина. — Говорить с ним будешь ты. Меня он, кажется, не возлюбил.
Отис рассмеялся.
— Продуктивного тебе дня. До связи.
— До связи, — тихо отозвалась Каталина и дождалась, пока Отис скинет звонок. Вылезать из кровати особого желания не было. Но Отис прав — нужно работать. Для этого бы план хоть какой-то составить, но Каталина знала, что импровизация — это ее конек. Вряд ли кто-нибудь когда-нибудь похвалит ее за это.
Девушка приняла душ, оделась и спустилась на первый этаж. У ресепшена все также стоял Тони. Поздоровавшись с ним, Каталина направилась прямиком на улицу, во двор.
Осеннее пальто сменилось розовой горнолыжкой, а сапоги — утепленными ботинками, волосы торчали из-под вязаной шапки. В конце концов, подумала Каталина, жениха ей здесь не поймать и маму тем самым не порадовать.
За ночь намело большие сугробы. Сейчас во дворе работал лишь один дворник — очищал дорожку перед крыльцом. Каталина оглядела лабиринт, в который превратился за ночь двор перед отелем «Грэнд Скай». Отличное развлечение для детей. От главной дорожки, по которой вчера вечером шла Каталина, отходили несколько других — они где-то разветвлялись, где-то вновь сходились в одну сплошную. Из-за сугробов по их краям доносился визгливый детский смех.
— Сильно замело? — громко спросила Каталина дворника. Тот с трудом разогнулся и лишь мельком повернул к ней обветренное лицо.
— Еще как, — отозвался он. — Все центральные дороги перекрыли, как минимум, дня на два. Эка метель удалась. Давно на моем веку такой не было.
Каталина спустилась по ступенькам и ногами окунулась в свежий хрустящий снег. Она медленно, разглядывая окна западного крыла, зашагала по главной дорожке, неосознанно свернула налево, и на нее тут же налетел какой-то мальчуган, едва не сбив с ног.
— Ой, простите, — громко проговорил тот и умчался дальше наперевес с маленькой лопаткой для снега.