Входная дверь открылась, впуская с собой стелющийся холодный воздух и Тони, груженного дровами. Парень разулся, прошел на кухню и без любых лишних слов направился к печи, чтобы самостоятельно закинуть в ее пасть ещё чуть-чуть топлива.
Каталина не понимала этого человека. В один день Тони был приветлив и дружелюбен, он улыбался и мог посмеяться. В другой день, меняясь до неузнаваемости, Тони хмурился и много времени проводил в своих мыслях. В нем будто жили сразу две личности. Но Каталине, безусловно, нравилась первая. Роль загадочного парня Тони никак не шла.
— С отеля за нами смогут пробраться только завтра, — оповестил Тони, глядя на пляшущий в печи огонь. — Когда расчистят снег.
После самого молчаливого в жизни Каталины чаепития миссис Мёрфи постелила в гостевой комнате, спровадив туда своих ночных постояльцев. Стрелки часов тем временем перевалили за полночь.
Гостевая комната была маленькой, вмещала в себя небольшую двуспальную кровать и пыльное кресло у окна. Каталина скинула с себя джинсы и свитер, ничуть не стесняясь парня, который тем временем перекладывал одну из подушек на кресло, и легла в холодную кровать под колючее, тяжёлое одеяло. Все это сопровождалось молчанием. И это так давило на девушку, что в конце концов она не сдержалась и, повернувшись на бок лицом к Тони сказала:
— Послушай, мне жаль, что так получилось. Мне жаль, что по моей вине мы застряли в этой старой хижине. И мне жаль, что я не отговорила ехать тебя вместе со мной.
Тони щелкнул выключателем, погружая комнату в темноту, и усмехнулся:
— Не хочу набивать себе цену, но ты представляешь, что случилось бы с тобой, отпусти я тебя одну?
Каталина насупилась и натянула одеяло до самого подбородка. На фоне окна она увидела, как Тони снял футболку, аккуратно ее сложив и убрав на спинку кресла.
— Тебе не обязательно спать там, — все ещё угрюмо проговорила Каталина. — Ложись ко мне. Обещаю, приставать не буду.
И опять в снежном свете, падающем в окно, она увидела эту светлую улыбку Тони. Он послушно откинул одеяло и забрался на кровать, боком прижавшись к Каталине и заломив одну руку за голову.
— Миссис Мёрфи рассказала мне о проклятии отеля, — тихо проговорила девушка, не сводя глаз с четко очерченного профиля Тони. — Это правда? Ты же знаешь гораздо больше меня. И, думаю, больше самой миссис Мёрфи.
Тони молчал и смотрел в потолок. Если бы не его ровное дыхание и редкие движения ресницами, Каталина решила бы, что перед ней восковая кукла.
— Умершие люди в отеле не случайность, — продолжала говорить блондинка, но теперь разговор она вела будто сама с собой, вслух выстраивая цепочку событий. — Да ты и сам это прекрасно знаешь. Мне просто интересно, почему никто до сих пор это не прекратил. Если бы я только знала, как снять это проклятье, — голос Каталины становился все тише и тише, веки начали слипаться.
Тони глубоко вздохнул и отвернулся в сторону окна. Каталина проследила за его взглядом. За стеклом метались снежинки, в агонии бился ветер и — наверное, это уже приснилось — стоял человек. Нет, не человек. От его головы вверх уходили два баранья рога. Полыхнуло двумя ярко-красными точками, и Каталина полностью провалилась в сон.
Каталина очутилась посреди летнего зелёного леса. Отовсюду слышалось пение птиц, сквозь кроны деревьев пробивался солнечный свет. Яркие цветы росли прямо под ногами, вокруг них трудились пчелы. Чуть впереди, посреди поляны, на поваленном дереве спиной к Каталине сидела девушка. Делая шаги в ее сторону, Каталина знала, кого увидит, но не боялась ни капли. В ее душе царило настоящее умиротворение и спокойствие.
Когда Каталина присела на бревно, в нескольких дюймах от Амелии, та с улыбкой повернулась к ней.
— Это все правда? — спросила Каталина. — Я, правда, вижу тебя? Или это просто сон.