— Да постой же! — воскликнула девушка, но слова ее не дали никакого результата. Тони затормозил лишь у двери в конце коридора. Сперва он несколько раз нервно дернул ручку, а затем, когда Каталина уже оказалась рядом, начал стучать по двери с такой силой, что на грохот, издаваемый им, могли сбежаться и постояльцы восточного крыла.
— Ключи, — выдохнул Тони, резко повернувшись к Каталине. Девушка с широко раскрытыми глазами смотрела на обезумевшее лицо Виллигана и не могла произнести и слова.
— Ключи от ее комнаты есть только у Элеоноры.
И тут Каталина догадалась, что дверь, которую чуть не вынес Тони, ведёт к Джин. Сознание начало стремительно проясняться.
— Она не разрешит мне к ней зайти, — тараторил Тони, устало потирая взмокший лоб. — Помоги мне их достать. Отвлеки Элеонору, а я стащу ключи.
Каталина в упор посмотрела на парня, крепко сжала его ладонь и со скрежетом на душе выдавила:
— Я помогу, если ты поможешь мне в ответ и расскажешь, что происходит в отеле.
— Рассказать?! — закричал Тони, и Каталине на секунду показалось, что он сейчас ее ударит — разъяренный взгляд буквально метал молнии. — Она рассказала тебе больше, чем могла, — парень ткнул пальцем в дверь комнаты Джин. — И теперь она умирает! Неужели, ты не понимаешь? Мы ничем не можем тебе помочь!
Каталина сделала несколько шагов назад. Умирает? Что это значит? С чего Тони так решил? Как же она во всем запуталась. Хотелось сесть на пол, закрыть уши руками и закричать. Кричать так долго, пока не порвутся голосовые связки, а в следующее мгновение не окажется, что она опять в Нью-Йорке.
— Хорошо, — прошептала Каталина, поджимая губы. — Дай мне двадцать минут.
Она направилась в свой номер, стены которого наводили на нее такой дикий ужас от одной лишь мысли, что именно на этой территории должна оборваться ее жизнь, как когда-то оборвалась жизнь Амелии Фитцджеральд и других людей. Каталина скинула с себя верхнюю одежду и переоделась в джинсы и растянутый свитер. Все эти действия она совершала с такой скоростью, что позавидовал бы любой солдат. После этого Каталина вырвала из блокнота лист бумаги и из-за отсутствия ручки или карандаша вывела своей красной помадой следующие слова: «Я знаю про проклятье. Думаю, нам стоит это обсудить. Жду вас в библиотеке».
Проклятье. Сказка, которую поведала миссис Мёрфи и в которую должна безоговорочно поверить Каталина? Но, в конце концов, сегодня все должно было решиться — это девушка чувствовала на интуитивном уровне. Она кожей ощущала, что ее поездке подходит конец.
И интрига лишь в том, победителем она выйдет из этого отеля или вперед ногами.
Следующий шаг — комната миссис Уолтер. Как удобно получилось, что Каталина была там ранее, и сейчас без труда нашла до нее дорогу, прислушалась к звукам и, убедившись, что Элеонора в своей гостиной, присела на корточки и подсунула записку под дверь. Ждать чего-то дальше Каталина не стала, подскочила и опрометью бросилась на четвертый этаж, в библиотеку, лишь краем глаза заметив притаившегося за углом Тони.
Если Каталина окажется права, то у миссис Уолтер записка вызовет волнение или тревогу, и она забудет запереть дверь в свою комнату. Тогда Тони сможет спокойно проникнуть и отыскать ключи от спальни Джин. Для него это было жизненно важно, и почему-то этот настрой передался и Каталине.
Библиотека была погружена в полумрак. В высоких потолках что-то зашевелилось, и Каталина, вскинув голову, вспомнила слова Джин о летучих мышах. Этот разговор, их первый разговор, состоялся совсем недавно, но почему у Гринбруст создавалось впечатление, что уже прошла целая вечность?
Заходить далеко в лабиринты шкафов и стеллажей Каталина не стала — подошла к ближайшему креслу и крепко вцепилась пальцами в его спинку. И внезапно на девушку накатили сомнения — что, если миссис Уолтер не придет? Что, если она сочтет это за чей-то розыгрыш? Или постарается сделать вид, что сочла записку таковой?
Как же в этом мире много этих «что, если». Каталина в смятение начала прокручивать в голове все свои действия, вспоминать написанные и предназначенные хозяйке отеля слова, искать ещё одно «что, если».
Правда, долго пребывать в своих раздумьях Каталине не дали. Дверь в библиотеку распахнулась, и внутрь вошла миссис Уолтер — высокая, статная и пугающе уверенная. Каталина почувствовала себя мышонком перед ее змеиным гипнотизирующим взором.
— Ах, конечно, — Элеонора лениво всплеснула руками, стоило ей увидеть Каталину. — Наша дорогая мисс Гринбруст. Работник центральной библиотеки Нью-Йорка.
Женщина рассмеялась — не пугающе или угрожающе, а отчаянно и печально. Каталина постаралась всем своим видом показать, что не жалеет о том, что вызвала миссис Уолтер на разговор, хоть это сейчас была и ложь.