Она уже почти захлебывается.
– Те, у кого в каютах дети, могут им позвонить, – предлагает Йенни и смотрит на Филипа.
Он благодарно кивает. Ему, конечно, следовало бы догадаться об этом самому. К всеобщему удивлению, никто не ссорится по поводу того, кому звонить первым. Йенни идет за стойку с одной из женщин к висящему на стене служебному телефону.
– Мы должны отсюда выбраться. Мы должны добраться до спасательных шлюпок.
– Почему они не остановят паром? Его что, никто не ведет?
На какой-то момент в воздухе повисает зловещая тишина. Слышны только вибрация пола и позвякивание стаканов в баре.
– Помощь может подойти в любой момент. – Филип пытается выглядеть убедительным. – На землю подали сигнал бедствия.
– Я должен отсюда выбраться, – бормочет трубач ансамбля и садится на стол, обнимая голову. – Я должен отсюда выйти, пустите меня, я лучше утону, я должен убраться с этого парома…
– Как нас кто-то может спасти? – спрашивает мужчина с седой бородой. – Если мы даже не можем оказаться на воде в спасательных шлюпках, то кто нас может увидеть?
– С вертолетов, – уверенно отвечает Марисоль. – Лучшее, что мы можем сделать, – это сохранять спокойствие и не поддаваться панике.
Мужчина недоверчиво покачивает головой, но хотя бы не возражает.
Активист экологической партии с дредлоками встает с кресла и проходит за стойку бара. Он такой худой, что его ноги в облегающих джинсах напоминают лапки насекомого. Марисоль провожает его взглядом.
– Простите, я могу чем-то помочь? – спрашивает она.
– Не беспокойтесь. Я обслужу себя сам. – Он достает с полки бутылку виски. – Я собираюсь напиться в стельку за счет паромной компании.
Кто-то смеется, и Филип с удивлением отмечает, что он тоже. Женщина, говорящая по телефону, раздраженно цыкает.
Вдруг с потолка слышится грохот. Смех резко обрывается, Филип смотрит на экран телевизора и видит, что наверху в «Клубе „Харизма"» на танцпол упала целая гора стульев.
Активист партии зеленых открывает бутылку и прикладывается к горлу.
– Она жива! – кричит женщина рядом с Филипом. – Посмотрите!
Он растерянно следит за ее взглядом. Видит лежащую на полу женщину. Ее глаза приоткрыты. Рот открывается и закрывается.
– Помогите же ей! – кричит кто-то.
Филип подходит ближе. Женщина пару раз моргает. Фокусирует на нем взгляд.
– Нет, не трогайте ее, – раздается чей-то голос. – Она могла повредить голову…
– Она не ударялась головой, идиот!
– Мы не знаем, что она делала до того, как пришла сюда.
Филип садится перед женщиной на корточки, не обращая внимания на препирательства пассажиров.
– Как самочувствие? – спрашивает он.
Женщина моргает еще несколько раз.
– Осторожнее, – просит Йенни. – Может быть, она теперь одна из них.
Филип смотрит на Йенни. Внутри от страха будто все переворачивается.
– Мы не можем ее бросить. – Марисоль опускается на колени рядом. – Мы отвечаем за ее жизнь.
И она берет женщину за руку. Прижимает пальцы к запястью. Хмурится. Осторожно прикасается к шее пострадавшей.
Женщина, растягивая губы, показывает белые зубы.
Они были такими же белыми раньше?
– Йенни права, – говорит Филип. – Будь осторожна.
К его удивлению, Марисоль отодвигается назад.
– Я не могу нащупать пульс, – говорит она тихо. – Позвони, пожалуйста, опять Раили. И нужно дать ей воды.
Филип кивает. Встает на ноги так быстро, что у него темнеет в глазах. Он прикладывает руку ко лбу и ждет, пока это пройдет.
– Может кто-нибудь принести стакан воды? – кричит он.
Люди у бара переглядываются. Активист партии зеленых идет в результате к крану и наливает полный стакан. Когда он ставит его на стойку, вода выплескивается через край.
– Я не пойду туда, – говорит он.
Вдруг кто-то истошно кричит за спиной у Филипа, и вслед за этим криком раздается множество других голосов, все помещение наполняется беспорядочным дьявольским хором.
Марисоль!
Филип оборачивается и видит, как скрюченные пальцы лежащей на полу женщины вцепились в волосы девушки и тянут ее к себе.
Женщина открывает рот, и она абсолютно такая же, как те на танцполе клуба этажом выше, ее укусили, и теперь она одна из них.
– Помогите! – кричит Марисоль. – Помогите же мне!
Именно так кричала та женщина, когда пришла сюда после того, как ее укусили.
Зубы женщины стучат друг о друга с противным лязгающим звуком. Она поднимает голову, при этом на ее шее, как веревки, напрягаются жилы.
Филип бежит к стойке бара и хватает в витрине полуторалитровую бутылку шампанского.