Калле делает глубокий вдох. Пытается примерить на себя роль взрослого и благоразумного человека. Наконец решительно мотает головой:
– Мне нужно найти одного человека.
– Кого? – спрашивает девочка.
– Моего молодого человека.
«Если он еще таковым является», – думает Калле.
– Но мы можем пойти искать вместе. Мы можем вам помочь. А вы можете помочь нам найти наших родителей.
– Будет лучше, если вы подождете здесь. Вы же видели, что там творится. Мы можем позвонить в ваши каюты. Может быть, ваши родители уже там.
– А что, если их там нет? – В голосе мальчика звучит отчаяние.
– Тогда я обещаю, что буду искать их тоже, – успокаивает его Калле.
Они смотрят друг на друга.
– Давайте с чего-то начинать.
Дан
Дан стоит на корме. Смотрит на чернильно-черную воду под бездонным свинцовым небом. Оказывается, у черного тысячи оттенков, которые Дан не различал раньше.
Внутри его тело жжет, кончики пальцев покалывает, сердечную мышцу сводит судорога. Слишком много крови. Слишком трудно удержаться. Теперь эта жидкая ткань делает тело тяжелым и вялым. Кровь пропитывает мозг, заливает сердце, наполняет член, так что он стоит вертикально, колет кожу, как тысячи иголок.
За спиной Дана слышны вздохи и стоны собравшихся в «Клубе „Харизма"». Кто-то постоянно повторяется умираю, пожалуйста, помогите мне, я умираю…»
Кроме этих звуков, кругом слышится много других. Тяжелые шаги новорождённых. Их протяжные испуганные стоны.
Дан оборачивается.
Вся палуба покрыта телами. Одна из стеклянных дверей в ночной клуб разбита. На животе лицом в пол лежит женщина. Осколки окрашены в красный цвет ее кровью. Она еще дышит. Дан, переступив через несколько тел, встает рядом. Поднимает носком ботинка подбородок женщины и смотрит на ее профиль. Под толстым слоем тонального крема лицо женщины испещрено шрамами от ветряной оспы. Она, прищурившись от дождя, уставилась на Дана одним глазом. Ее дыхание становится все более поверхностным, все более частым.
А потом она умирает. Просто перестает дышать. Жизнь угасла в ней без единого звука. Глаз по-прежнему открыт, но уже ничего не видит. На него попадают дождевые капли.
Дану пора уходить. Он переступает еще через несколько тел. Бросает взгляд под ноги и замечает мужчину с такой же стрижкой под пажа, как он сам носил в девяностые. Увидев Дана, мужчина открывает рот. У него уже выпало несколько зубов. Его пальцы цепляются за штанину Дана, и ему приходится пнуть несчастного ногой, чтобы освободиться.
Неожиданно в Дане возникает глубокое отвращение к происходящему. Горы трупов – это только прелюдия того, что ждет ничего не подозревающее человечество. Все это мясо, пропитанное кремами, окрашенное во всевозможные цвета, надушенное, завернутое в дешевые ткани… Скоро это мясо встанет на ноги.
Все, назад дороги нет. В эту секунду к Дану приходит отчетливое осознание этого факта. Это как сидеть в машине, которая теряет управление на скользкой дороге, или попасть в зону сильной турбулентности в самолете. Словно ты падаешь и понимаешь, что ничего не можешь изменить.
А потом это чувство проходит. Так же неожиданно, как и появилось. Остается только боль в груди. Но и это тоже пройдет.
Дан проклинает свою трусость. Его так много унижали в течение жизни, что теперь он боится своей новой власти. Но теперь он другой человек, новый Дан. Он почти бессмертен. Весь мир рухнет, а он останется жить. И будет наслаждаться каждой секундой.
Ветер уже не шумит так сильно, когда Дан идет по прогулочной палубе на правой стороне корабля. Здесь запах крови чувствуется намного сильнее. Вся палуба усеяна телами, они лежат на пути к лестнице, ведущей наверх на площадку, с которой можно попасть в рубку. Какая-то женщина перевесилась через бортик. Ее тело согнулось под прямым углом и напоминает букву Г. Она только что пробудилась. Кончики пальцев ног скользят по полу палубы в поисках опоры, она пытается встать на ноги, несмотря на совершенно немыслимую позу.
Пара новорожденных охотятся за загорелым мужчиной в ярко-зеленой майке. Он кричит «Помогите!» и бежит к Дану, словно тот его спасение. Крики переходят в сдавленные стоны, когда новорожденные все же настигают свою жертву. Они хватают мужчину за руки и тянут в разные стороны, дерутся за добычу между собой. Несчастному удается вырваться, он смотрит на Дана в ожидании помощи. Но помощи нет. И в конце концов мужчина, перепрыгнув через бортик, исчезает в темноте. Один из новорожденных неуклюже перелезает через заграждение и устремляется за ним. Второй остается стоять и провожает Дана взглядом, когда тот проходит мимо.