– Поняла, – шепчет Мадде.
Она знает, что Дан прав. Она выглядит жалкой и глупой со своей детской просьбой. Мадде ничего не может предложить, и грозить ей тоже нечем. У нее вообще нет другого выхода, кроме как просто сдаться.
Дан склоняется над Мадде. Хватается за тонкую ткань ее платья, и женщина падает на колени. Получает от Дана такую оглушительную пощечину, что в ушах звенит. Накрахмаленные простыни шуршат, когда Дан всем телом наваливается на Мадде.
– А теперь, черт возьми, мы прикончим эту проклятую сучку. – Изо рта Дана пахнет чем-то гнилым и сладким, но его дыхание не горячее, а прохладное.
Когда Дан вдавливает плечи женщины в матрас, она зажмуривает глаза. Дан садится ей на живот. Мадде чувствует, как его ягодицы давят сверху, бедра сжимают ее с обеих сторон, Дан страшно тяжелый, все внутренности женщины готовы лопнуть, ей очень больно, и она не может дышать, только слышит, как щелкают зубы монстра, в точности как зубы Сандры.
У Мадде уже темнеет в глазах. Она спешит навстречу темноте. Хочет в нее погрузиться. Чтобы не оставаться здесь, когда Дан ее укусит.
«Значит, вот так мне суждено умереть? – думает Мадде. – Вот он, мой конец?»
Она почти не замечает, что давление на живот уменьшилось и руки уже не в тисках, она судорожно ловит воздух, чтобы свободно дышать.
Дан стоит рядом с изножьем кровати. Его тело бьет крупная дрожь.
– Не могу я больше, – стонет он.
Что это? Шутка? Он хочет поиграть в кошки-мышки?
Мадде удается сесть на кровати. Когда она дышит, то животу больно. Она боится Дана, но не меньше, чем его самого, она боится надежды, которая забрезжила на горизонте.
– Я устал, я хочу отдохнуть. Кто-нибудь другой все равно вас прикончит.
Дан наклоняется через перила и смотрит вниз
– Слышите, что я сказал? – ревет он. – Я хочу отдохнуть.
Он стоит спиной к Мадде, и она встает с кровати. Щека горит, в животе все болит. Женщина медленно идет к лестнице, не спуская глаз с Дана, ждет, что он в любой момент обернется, пойдет на нее, засмеется…
Скажет: «Что, поверила?»
Но кажется, что Дан ее не замечает. Только смотрит в окно.
Мадде спускается по лестнице. Смотрит на его профиль. Подбородок стал тяжелым, нижняя челюсть потеряла форму.
– Закройте дверь с той стороны. – его голос звучит равнодушно.
Винсент лежит на боку возле журнального столика. Мертвенно-бледный. Марианна сидит подле него на корточках. Кажется, он только что очнулся. Из одного запястья рекой льется кровь. Мадде видит торчащую в ране кость и поспешно отводит глаза.
– Пойдемте, – говорит она. – Давайте быстрее.
На втором этаже раздаются шаги. Она поднимает глаза, но Дана уже нет у лестницы.
Она знает, что он просто посмеялся над ними. Так кошка играет с мышью. Позволил им поверить в избавление, чтобы потом…
Слышно, как Дан грузно садится на кровать.
Винсент встает с помощью Марианны на ноги. Мадде подходит к двери первая, прижимает ухо к щели и прислушивается, вроде в коридоре тихо.
Отсюда недалеко до спасательных плотов, но что их ждет по дороге туда?
Мадде приоткрывает дверь и выглядывает в коридор. Никого. Открывает ее полностью. Изучает коридор и его ответвление, в котором находится их с Сандрой каюта.
Марианна и Винсент идут за ней. Марианна нашла где-то тонкий клетчатый шарф. Когда они закрывают за собой дверь, Марианна успокаивает Винсента и дергает за руку. Раздается щелчок. Винсент громко стонет, пот струится с его лба, когда Марианна перевязывает рану шарфом.
– Я работала секретарем у врача, – говорит она в ответ на удивленный взгляд Мадде. – А до этого я работала медсестрой.
Мадде снова смотрит в коридор. Куда им, черт возьми, податься?
– Калле, – напоминает Винсент. – Если Калле придет…
Марианна роется в сумочке и достает помаду, купленную в магазине, который Мадде помнит еще со времен своего детства. Мадде успевает подумать, что у тетки плохо с головой, раз она решила подкрасить губы в такой момент. Но Марианна пишет уверенным движениями помадой на двери:
«КАЛЛЕ! НЕ ВХОДИ!»
Марианна подчеркивает слово «не» так жирно, что помада ломается в середине. Она отбрасывает ее в сторону. Винсент смотрит на нее с благодарностью.
– Может быть, пойдем в вашу каюту? – Марианна смотрит на Мадде, но та качает головой:
– Нет, там сломана дверь.
Откуда-то раздаются крик и звон бьющегося стекла, у Мадде встают дыбом волосы на всем теле.
– Пойдемте к спасательным плотам, – предлагает она. – Кажется, на той палубе никого нет.
– Только не в носовую часть, – возражает Марианна. – Мы не знаем, что там сейчас происходит. И снаружи очень холодно. На вас двоих почти нет одежды.