– Похоже, что ты завидуешь. Ты, случайно, не гей?
– Ты такая страшная, что любой захочет сменить ориентацию.
– Вот как? Почему ты тогда хотел пойти со мной в каюту?
– Потому что за версту видно, какие вы дешевки – ты и твоя подружка, – а мне было лень напрягаться.
Мадде размахивается, но рука проскальзывает в нескольких сантиметрах от головы парня. На его лице написано злорадство. Друзья поднимаются из-за стола.
– Прости, – шепчет Стефан, поправляя фату, – он всегда буянит, когда выпьет. Мы его сейчас утихомирим.
Мадде ничего не отвечает. Даже не смотрит ребятам вслед, когда они уходят.
Кто-то на сцене начинает петь старый хит восьмидесятых годов.
«Балтик Харизма»
Капитан Берггрен снова на мостике. Он хорошенько вздремнул. Поужинал остатками со шведского стола в офицерском ресторане. Он просматривает территорию порта Аландских островов. Немногие вышедшие пассажиры идут в терминал по освещенным стеклянным тоннелям, которые напоминают щупальца осьминогов.
Большинство пожилых пассажиров и семьи с детьми уже спят. Для остальных же веселье в самом разгаре. В барах и ночных клубах наступает жаркая пора.
Работники магазина беспошлинной торговли и спа-центра сдали смены. Многие из них уже спят. Кто-то сидит в комнате для персонала и играет в карты или смотрит телевизор. Небольшая компания сотрудников собралась в одной из кают. На них уже нет униформы. Они обсуждают пассажиров. Сегодня продажи в магазине беспошлинной торговли шли очень хорошо, и директор магазина Антти открыл после закрытия бутылку шампанского. На кухне вовсю идет уборка. Тысячи тарелок перемыты всего за несколько часов. И еще больше стаканов. Тонны еды выбрасываются каждый день только по причине того, что пассажиры кладут себе больше, чем могут съесть, со шведского стола.
Молодая женщина спит в караоке-баре прямо за столом. В руке она держит стопку. Ее дыхание поднимает в воздух несколько розовых перьев.
На самой нижней палубе занимаются любовью пожилая женщина и мужчина, которого она еле знает.
Двое детей, двоюродные брат и сестра, лежат в двуспальной кровати и смеются над тем, что видят по телевизору. Они смотрят трансляцию с танцпола «Клуба „Харизма"».
В другой двуспальной кровати этажом ниже лежит Эльвира. Ее четвертый позвонок сломан. И девушка парализована ниже шеи. Она стала пленницей тела, которое уже не может чувствовать. Охватившая ее паника заставляет кровь бежать быстрее, делает щеки розовыми, запахи – сильными. Сидящая рядом женщина с черными волосами заткнула рот девушки кляпом из ткани. Эльвира все равно пытается кричать, она хочет облечь свою боль в слова: «Я хочу домой. Я хочу к маме и папе. Я хочу домой… я хочу домой». По ее виску катится слеза и затекает в ухо. На лицо женщины падает свет из окон терминала. Ее глаза ярко горят на сильно накрашенном лице. Она проводит сухим пальцем по щеке Эльвиры, вытирает ей слезы, наклоняет голову вбок, как будто сожалеет о том, что сейчас сделает.
Женщина приняла решение. Она не может ждать дольше. Она не сможет думать, если не поест.
Вибрация пола меняет характер, когда паром отчаливает из порта на Аландских островах. Она будит молодого человека по имени Томас. Он все еще лежит на скамейке на прогулочной палубе на десятом этаже. В его голове больше нет мыслей, его личности тоже нет. Голод и сопутствующий ему страх поднимают его со скамьи, несмотря на боль. Ноги тяжелые и неповоротливые. Томас наклоняет голову вбок, нюхает воздух. Его сердце снова забилось. Медленными редкими ударами оно толкает мертвую кровь в его теле. Томас заходит внутрь парома. Оказывается в полном света помещении. Здесь много теплых запахов. Теперь он чувствует их намного острее. Люди смотрят с отвращением, когда Томас проходит мимо. Некоторые отпускают едкие комментарии: «Не все могут пить в меру. Кто-то должен помочь бедняге. Такие, как он, портят паромам репутацию». Но в следующую секунду о нем уже забывают. Он просто один из пассажиров, который выпил лишнего. И есть так много других тем для разговора. На палубе много других людей, на которых можно посмотреть. Томасу приходится держаться за стену, когда он идет по широкой лестнице. Он видит свое отражение в дымчатом стекле зеркал, и оно напоминает ему полузабытый кошмарный сон. Из караоке-бара и двух дискотек раздаются глухие удары музыки. Они вибрируют в теле и ногах Томаса, как пульс от нескольких сердец одновременно. Запахи людей очень привлекательны, но больше всего манят те, у кого кровь бежит быстрее в результате обострившихся чувств. Томас пробует подвигать челюстями…