Она встретилась с Жуаном в лаборатории. Тот молча протянул ей планшет-дисплей. Жуан всегда давал ей время для формирования собственных выводов о чем-то новом, не навязывая свои комментарии. Это стало одной из первых его особенностей, которые ей понравились, когда они начали встречаться много лет назад.
— Поразительно, — сказала она, пробежав глазами аннотацию сообщения. — Земля попробовала с нами связаться впервые за десять лет.
Многие на Земле считали «Морскую пену» глупостью и безрассудством, пропагандистским жестом правительства, неспособного справиться с реальными проблемами. Как можно оправдать межзвездную экспедицию длительностью в столетия, когда люди на Земле все еще умирают от голода и болезней? После старта связь с Землей поддерживалась на минимальном уровне, а затем и вовсе прекратилась. Новая администрация не захотела платить за обслуживание дорогих наземных антенн. Возможно, они предпочли забыть об этом корабле дураков.
Но теперь они потянулись к ним сквозь пустоту космоса, чтобы о чем-то сообщить.
По мере того как Мэгги читала сообщение, возбуждение на ее лице медленно сменялось недоверием.
— Они считают, что дар бессмертия должно разделить все человечество, — сказал Жуан. — Даже самые далекие путешественники.
В передаче описывалась новая медицинская процедура. Небольшой модифицированный вирус — или молекулярный нанокомпьютер для тех, кто предпочитал мыслить такими терминами, — размножался в клетках тела и проходил вверх и вниз по двойным спиралям нитей ДНК, устраняя повреждения, подавляя определенные сегменты и стимулируя другие. В результате прекращалось клеточное старение и останавливалось старение всего организма.
Смерть перестала быть неизбежностью.
Мэгги посмотрела в глаза Жуана.
— Мы сможем воспроизвести эту процедуру на корабле? Мы доживем до прогулки по другой планете, сможем дышать нере-генерированным воздухом.
— Да, — ответил он. — На это уйдет какое-то время, но в том, что мы сможем, я не сомневаюсь. — Он помолчал. — Но вот дети…
Бобби и Лидия были результатом не случая, а взаимодействия системы тщательно подобранных алгоритмов, включающих планирование численности колонистов, отбор эмбрионов, генетическое здоровье, ожидаемую длительность жизни и коэффициенты возобновления и потребления ресурсов.
Каждый грамм веществ на борту «Морской пены» учитывался. Запасов хватало для поддержания стабильной популяции, но с малым допуском на ошибку. Время рождения детей планировалось так, чтобы у них имелось достаточно времени научиться у родителей всему необходимому, а потом занять их место, когда старики мирно умрут, о чем позаботятся машины.
— …станут последними, кто родился, пока мы не совершим посадку, — закончила Мэгги мысль Жуана.
Корабль был спроектирован для точного соотношения количества взрослых и детей. На это соотношение были завязаны припасы, энергия и тысячи других параметров. Имелся некоторый страховочный резерв, но корабль не мог обеспечить экипаж, состоящий только из энергичных бессмертных взрослых, потребляющих калории на пике потребностей.
— Мы можем или умереть и дать нашим детям вырасти, — сказал Жуан, — или же стать бессмертными и оставить детей детьми до конца полета.
Мэгги представила такую ситуацию: вирус можно было использовать, чтобы остановить процесс роста и взросления, пока дети еще очень маленькие. И они веками будут оставаться детьми, не имея возможности завести своих.
И тут в голове Мэгги сложилась картина.
— Так вот почему мы вдруг опять стали интересны для Земли, — сказала она. — Земля — это всего лишь очень большой корабль. Если никто не будет умирать, то и на планете рано или поздно кончится свободное место. Теперь на Земле не осталось более насущной проблемы. Им придется отправиться следом за нами и переселиться в космос.
Вы гадаете, почему так много историй о том, как появились люди? Потому что у всех правдивых историй много пересказов.
Сегодня я расскажу еще одну.
Было время, когда миром правили титаны, жившие на горе Отрис. Самым великим и храбрым из них был Крон, который однажды возглавил восстание против Урана, своего отца и тирана. Когда Крон убил Урана, он стал царем богов.