Чтобы описать его диагноз, в алфавите букв не хватит, – вздохнул Петрович, – Но надо так надо.
Открытую посадочную площадку перед административным зданием окаймляли высокие ели, которые образовывали широкую аллею, ведущую к озеру Лиммарен.
Лежавшая по ту сторону сельской дороги деревня казалась тихой и заброшенной, ветер приносил оттуда запах жженой резины и дерева.
По дороге к ангару Петрович посвятил Малуфа в курс дела. В вертолетном клубе Руслагена около пятнадцати вертолетов, владельцы которых – международные компании или частные лица, зарабатывающие на сдаче своей дорогой инвестиции в аренду. Манне – охранник и единственный сотрудник вертолетного клуба. Он должен следить за чистотой и порядком в ангаре: заправлять и, если нужно, чинить вертолеты, хранить документацию, чтобы, если руководству приспичит отправиться на воздушную прогулку, все было наготове.
Также Манне обязан вести календарь бронирования – согласовывать все аспекты, когда секретари звонят забронировать вертолет для своего начальства. Зоран Петрович знал многих секретарей такого уровня.
Довольный охранник в нетерпении ждал их у открытой двери:
– Идемте, идемте!
В ангаре пахло бензином и металлом. В темноте рядами стояли вертолеты. «Как спящие лошади», – пронеслось в голове у Малуфа, хотя он ни разу не видел спящую лошадь. Было в этом зрелище что-то торжественное: власть, роскошь, богатство. Манне, не переставая болтать, бегал туда-сюда, что ужасно раздражало.
– Вот он! – позвал он их. – Хотите взять вот эту птичку? Модель Bell 206 JetRanger. Красивый, а?
Вертолет был белым – и, кроме цвета, как показалось Малуфу, ничем не отличался от остальных. Манне обошел махину, показывая на детали и рассказывая истории, в которых все сложнее было уловить связь.
– Вы возьмете его, а потом вернете обратно. Я беру оплату вперед. Ты же знаешь, Петрович, я всегда работаю с авансом. Так и нужно. Деньги вперед.
– По-моему, ты уже получил свои деньги, – хмыкнул Петрович.
– Да, да, – согласился Малуф.
– Не шутите со мной так, парни, – заголосил Манне, и его лицо приняло оскорбленное выражение. – Я получу свои денежки и прослежу, чтобы к нужному дню все было готово. Только все должно выглядеть так, как будто вы угнали вертолет, ладно? И все будет тип-топ. Идет?
Малуф кивнул, промолчав. Вертолет у них есть. Теперь осталось найти пилота.
19
Все было залито кровью.
Рядом с разделочной доской валялся нож, которым Сами Фархан разделал мясо. Он никогда не убирался, пока не закончит готовку: мясо тушилось в кастрюле уже больше часа, а Сами даже не потрудился вытереть со стола кровь. Повсюду была разбросана грязная посуда, в раковине кучей лежали кастрюли, с ножей, деревянных половников и венчиков все стекало на столешницу, а потом на пол. Если бы его попросили восстановить процесс готовки и объяснить, зачем ему понадобились все эти приборы, он бы не смог этого сделать. Сами подходил к этому процессу так же, как ко всему остальному, – с большим нетерпением и стремительностью.
Кухня наполнилась ароматом вкусной еды. Хоть в бульонных кубиках и нет ничего плохого, не стоит жалеть времени на настоящий бульон.
Сами добавил в кастрюлю с бульоном мелко нарезанный перец чили и корицу с самбалом. На соседней конфорке пассеровались лук и чеснок, которые он, вместе с абрикосами и апельсинами, скоро добавит в кускус.
Карин взяла детей домой к своей маме, которая живет в паре кварталов от их дома, чтобы дать Сами возможность побыть наедине со своими кастрюлями, – лучший подарок, который она могла ему преподнести.
Кто-то расслабляется, накручивая километры на беговой дорожке. Другие занимаются сексом или напиваются в хлам. Для Сами же лучший способ отдохнуть душой и перезагрузиться – готовка. Когда он пробовал ложкой бульон, ни одна мысль о случившемся – а подобные мысли мучали его каждый вечер – не посетила его голову. Слух об истории с креветками распространился с завидной скоростью, и теперь, казалось, в Стокгольме – да и в пригородах – не осталось никого, кто не слышал об этом происшествии. Люди, которых он не видел несколько лет и с которыми случайно сталкивался в магазине, увидев его, вдруг переходили на шепот и с сочувствием спрашивали, сколько денег он занял у братьев. А дворовые мальчишки, которые раньше даже не осмеливались встретиться с ним взглядом, теперь смеялись у него за спиной.
Запас чистых ножей в ящике иссяк, но Сами отыскал один в шкафчике в оконной нише: откуда он там взялся? Сполоснув нож, он мелко порезал абрикосы, что потребовало полной концентрации внимания и позволило на время забыть о вопросах, которые все еще предстоит решить, даже если вертолет у них уже есть.