Оставив Анну между столом и диваном, они перенесли противопролежневую кровать из спальни в гостиную. Когда Анну подняли с носилок, она зажмурилась, отлично понимая, что ее ждет: уход за ней принесет всем сплошные неудобства. Когда они только поженились, муж признался, что с радостью будет ухаживать за ней в старости. Впрочем, такая возможность выпала ему только раз, когда ее свалил грипп, и тут его прыти поубавилось: отодвинуть стул в ресторане – это не то, что принести суп в постель. Поскорее бы ей нашли сиделку, все равно кого: итальянку, украинку, русскую, да хоть индианку! Только бы та не мелькала у нее перед глазами, и Маргерита могла бы вернуться домой. Ей сообщили, что сиделку ищут. Повернувшись к книжному шкафу, Анна ощупала взглядом корешки «Текса Виллера» и уткнулась щекой в подушку – в таком положении из глаз не текли слезы.
Она лежала, сомкнув веки, пока ее дочь с зятем делали перестановку в гостиной. Затем, когда Карло ушел, она повернулась лицом к стене. Сердце сильно колотилось, дыхание терялось в груди, чтобы успокоиться, она принялась рассматривать бирюзовую рыбку на гипсе. Лоренцо рисовал ее с таким серьезным видом, что у нее не осталось сомнений – это рыбка-сторож. Она скрашивала ей будни на больничной койке, потихоньку внучок пририсовал зеленые чешуйки, острые плавники, а когда она поинтересовалась, что это за рыба, он ответил: тунец. Чертов тунец стал ее бичом на старости лет. Если он попадался ей на глаза в рыбном или кто-то при ней произносил «тунец», то она мысленно переносилась прямиком в то самое утро пять лет тому назад, когда ей позвонила Маргерита и сообщила, что беременна. Они визжали от радости как футбольные фанаты. Положив трубку, ей тут же захотелось отметить это событие: она вошла в ближайший Pam на корсо Буэнос-Айрес, чтобы купить Ferrero Rocher. Ей хотелось сразу же положить конфетку в рот, но, проходя мимо рыбного отдела, она обратила внимание на свежего тунца и попросила завернуть ей кусочек к ужину. Она прихватила буррату, в холодильнике ждала своего часа бутылка игристого Berlucchi (такая новость, чем не повод ее откупорить?). Но вот на пути к кассам ее окатила волна возбуждения: вдруг пакет с тунцом скрылся в недрах сумки, а буррата и Ferrero Rocher остались в руках. Когда она шла вдоль рядов с косметикой для тела, ее обдало непривычным страхом. Притворившись, что выбирает бальзам для волос, она взяла в руки, затем поставила флакончик на место, еще немного побродила по торговому залу, подошла к кассе номер пять и стала ждать своей очереди. Протянув банкноту, она взяла сдачу и удивилась тому, как ей удавалось быть вежливой, сгорая от страха. Все это ее изрядно веселило, сложив покупки в пластиковый пакет, она направилась к выходу, и тут к ней подошел мужчина и попросил следовать за ним.
– Простите?
– Пожалуйста, пройдите со мной вон туда, – сказал он, указав на дверь, из которой выплывали тележки, груженные товаром.
– Простите, а кто вы такой?
Даже не взглянув на удостоверение, которое мужчина извлек из кармана, Анна почувствовала, как ее щеки стали пунцовыми. Она проследовала за ним в полутемное помещение, уставленное сверху донизу запакованным товаром. Внутри находился еще один сотрудник, он попросил Анну показать покупки. Распахнув пластиковый пакет, Анна стала ждать, когда ее спросят о сумке.
– А что у вас там?
– Не слишком-то вежливо задавать такие вопросы человеку в моем возрасте.
И тем не менее открыла сумку.
– И что теперь со мной будет?
Охранники переглянулись.
– Если вы забыли заплатить, такое бывает, то пройдите на кассу.
Не чувствуя под собою ног, Анна ощутила, как падает назад прямо на ящики. В последний момент ее подхватил под руку один из охранников.
– Такое бывает, синьора.
– Моя дочь ждет ребенка.
Они молча согласились, и Анна кивнула им на прощание. Заплатив на кассе номер четыре, она вышла из магазина с мертвенно-бледным лицом и холодком между лопатками, который преследовал ее до самой квартиры. Вот так приключеньице, подытожила она, захлопнув за собой дверь. Как, впрочем, и сеансы физиотерапии с тем тридцатипятилетним массажистом с руками пианиста и видом послушника: с таким-то мальчиком ничего не страшно.
Когда в дверь позвонили, Анна выпрямилась на подушках и поправила волосы кончиками пальцев. Улыбнувшись, Анна встретила Андреа словами:
– Видишь, я все-таки унесла кости из больницы!
Поздоровавшись, Андреа подошел к кровати. Маргерита, сославшись на то, что ей нужно сделать несколько звонков по работе, закрылась в спальне. Андреа обвел взглядом комнату и задержался на кухне.