— Привет, — Алексей улыбнулся, — дед дома?
Мальчишка ничего не ответил, лишь пожал плечами. «Немой, что ли,— Алексей чертыхнулся про себя, — не хватало еще на пальцах объяснять мальчишке, чего ему требуется». Паренек был явно болен. Худоба, граничащая с дистрофией, резко бросалась в глаза. Тонкие руки с длинными пальцами, неестественная бледность кожи, бесформенный балахон из мешковины — видимо, игравший роль пижамы, — не скрывал тщедушное тельце.
— Дед где? — стараясь посильнее открывать рот, по слогам проговорил Алексей.
Мальчик вновь ничего не ответил, лишь отступил на шаг, как бы приглашая Алексея пройти в дом.
В том, что Алексей нашел того, кого искал, не оставалось сомнений. Дед сидел у стола и мял в чугунной ступке, судя по треску, сухую траву. К культе правой руки был привязан деревянный пест, которым он ловко орудовал в чугунной ступе. Сидевшая рядом старушка перебирала высушенные ягоды.
— Ну, здорово, — глухим голосом произнес старик, — долго шел до меня, знаю. У поворота от Малиновки не туда свернул и потерял два часа.
Алексей удивленно взглянул на старика. Обезображенное лицо, криво сросшиеся лиловые шрамы на лице. Единственный глаз озорно погладывал на него. «Может, и действительно контактер, — сумасшедшая мысль пронеслась в голове, — ведь никто не видел, как я не туда свернул и почти час прошагал в Малиновку и еще час обратно к развилке, ни одного человека по дороге не встретил».
— Меня зовут Алексей Пригожин, я корреспондент журнала «Мир непознанного», — Алексей почувствовал себя совсем неуютно, — к нам в редакцию письмо пришло из вашего городка. Автор, имя его называть не буду, написал, что вы, как бы это попроще сказать... — Алексей слегка замялся, чувствуя себя совершенно глупо.
— С инопланетянами встречался, что ли, — хмыкнул дед, — ну так это я и без тебя знаю. А то, что Васька Сидоркин письмо в журнал ваш написал, так этот юродивый и в ООН, и президенту постоянно пишет.
Алексей судорожно сглотнул образовавшийся в горле комок. Дед-то и вправду не так прост. Про Ивана Сидоркина-то он откуда мог знать? Если только сам Сидоркин не сказал о письме.
— Ты бы, Алексей Пригожин, — старик убрал ступку в сторону, — садился за стол, чаю попьем. Егоровна, а ну-ка сооруди-ка нам чего по-быстрому. Гость-то издалека ехал, устал. А ты, Фимка, сбегай во времянку, там на печке наливка стоит.
Старушка достала из шкафа посуду и стала расставлять ее на столе. Мальчишка исчез за дверью. Изначально ожидая от хозяина в лучшем случае от ворот поворот, Алексей невольно растерялся от такого приема
— Мальчик, наверное, немой? — спросил он у старика.
— Фимка? — Старик смахнул со стола остатки перетертой в пыль травы. — Внучок-то немой, понимает все, шкодник, а вот говорить не может. Сирота, живет со мной, в город-то ему никак нельзя. Затюкают его там, а здесь он как у Христа за пазухой.