– Да, и еще, герр обер-лейтенант… мы заглянули в те ящики. Под мою ответственность. Я надеялся, там карты или еще что-нибудь, что помогло бы нам найти обратный путь. Готов понести наказание, если…
– Хватит вам. Что там было?
– Ногти, герр обер-лейтенант. Срезанные человеческие ногти. Аж блевать охота.
– И больше ничего?
– Ничего.
Рейнхардт вышел на мостик и топнул ногой по люку.
– Закрывайте!
Люк опустился, послышался треск засовов. Рейнхардт первым делом тщательно раскурил трубку, затем вскарабкался на место стрелка «эрликона» и проверил барабаны с патронами. Те были достаточно полны.
Бог-обманщик сидел на берегу среди скал, удобно опираясь о каменную стену. Теперь в нем было четыре метра роста, кожа его слегка светилась, он то и дело прикладывал к лицу компресс из тряпки, которую смачивал в чаше величиной с приличную ванну. Но особо измученным при этом не выглядел – скорее как атлетически сложенный длинноволосый юноша.
Откинув по очереди оба замка, Рейнхардт покрутил рукоятки, разворачивая пушку в сторону собеседника. Стволы «эрликона» опустились, башенка повернулась влево, и проволочный кружок коллиматора завис напротив груди великана.
– Что вы делаете, капитан? – бархатистым голосом спросил Локи.
– Скажем так – уравниваю шансы. Я не обладаю божественными способностями, но у меня есть спаренные зенитные пушки калибром двадцать миллиметров, которые выстреливают около трехсот снарядов в минуту из одного ствола. Они спроектированы для уничтожения воздушных целей. Могу заверить, с такого расстояния они разнесут в клочья все, что находится на берегу. Если даже ты бессмертный, тебе придется собирать себя из мелких кусочков. Мне достаточно лишь нажать эту педаль. В том числе падая.
– Да, я видел, что вы сотворили с беднягой Эггдиром. Может, он был и не особо умен, но ваше оружие в один миг превратило его в снег. Вы опасный воин, капитан.
– Только когда кто-то оказывается на моем пути.
– И тем не менее у вас нет причин в меня стрелять.
– Ты меня использовал. Ты бог-обманщик, который уничтожит мир, навлечет всеобщую гибель и развяжет вечную войну.
– Само собой. Я знаю об этом с тех пор, как родился, и все остальные тоже об этом знали. И тем не менее они мне досаждали. Тут у всех непростой характер, особенно у асов. Вы даже вообразить не можете, каково расти в таком окружении. Ладно, я тоже им досаждал, но лишь затем, чтобы хоть что-то происходило. В конце концов, это длится уже почти пятьдесят тысяч лет. Я родился под конец палеолита, еще продолжался ледниковый период, представляете? Впрочем, меня использовали. Когда им хотелось кого-нибудь провести, обокрасть или не заплатить ему, вопрос решал я. Потому что я злой, понимаете? Замечаете парадокс? Добрый Один хочет иметь неприступную стену вокруг Асгарда – и чем он искушает строителя? Фрейей. Потом, естественно, бежит ко мне в слезах: «Сделай что-нибудь, не хочу, чтобы этот великан трахал мою Фрейю!» Он не может никого надрать, прошу простить за выражение. Для этого есть я, злой бог-обманщик. И я в самом деле решу вопрос. Раз и навсегда. Призову Рагнарек на весь этот бордель. Как видите, я вполне искренен. И сделать это смогу благодаря вам, поскольку вы освободили меня от цепей.
– Похоже, ты уже чувствуешь себя намного лучше, – кисло заметил Рейнхардт. – А я сменить промокшие сапоги не успел, даже чая не выпил. А у тебя не только лицо зажило, но ты еще и вырос на два метра с лишним.
– Ну так бог я все-таки или нет? Впрочем, лицо все еще слегка жжет. Шрамы и оспины, похоже, так и останутся. Вы же видели, в каком я был состоянии? Так продолжалось где-то с семисотого года. Тысяча двести сорок четыре года мучений! Если уж меня хотели обезвредить, то могли бы обойтись и без яда, верно? Раз уж они все такие из себя благородные?
– Но ведь кое-чем ты мне все-таки обязан?
– К чему вы клоните, капитан? Ведь это я просил о нашем разговоре и, соответственно, хочу отблагодарить.
– Прекрасно. Мы хотим найти Биврест и пройти по нему в другую сторону.
– Да что сразу Биврест и Биврест! Сперва поговорим. Ведь мост никуда от вас не убежит.
– Локи, если я решу, что ты водишь меня за нос и что нам с тобой не договориться, – я стреляю. А потом даю полный назад и ухожу из залива. Биврест как раз от меня сбежал. Его нет там, где он до этого был.
– Я вас не обманываю, капитан. Честно говоря, вас давно уже развели, и сделал это вовсе не я.