Платок большой, мужской. В уголке монограмма белым по белому — стильно, хоть и без кружев и прошвы. Интересно, кто ему платки метит? — пронеслась вдруг неуместная мысль.
— В монастыре заказываю платки. Там послушницы хорошо вышивают. И за работу берут недорого.
— Мысли читать изволите? — нахмурила я брови. И, вспомнив о том, какие они у меня теперь распрекрасные, про себя улыбнулась. ¬¬
— Нет. Просто вы, сударыня, заинтересованно на уголок взглянули, а дальше логика подсказала, о чём подумали, — губы провожатого чуть дрогнули, но не растянулись ни в улыбку, ни в усмешку. — Пойдём?
И мы пошли. Иван умел делать правильные покупки. Сначала мы зашли в лавку подержанных вещей и там сторговали два дорожных саквояжа. Не новых, но вполне приличных и крепких. К ним торговец добавил сумочку женскую, а я не смогла отказаться.
В магазин дамского белья меня отправили одну, попросив помнить о том, что у меня не так много времени.
Мог бы и не беспокоиться. Что там смотреть? Панталоны на завязках или корсеты, что утягивают талию до осиной, не давая нормально дышать и двигаться?
— Это всё? — с сожалением ещё раз обвела взглядом полки.
Красиво, не спорю, но…
— Мадемуазель не нравится традиционный стиль? — хозяйка смотрела изучающе.
— К другому я привыкла… Без утяжек вот этих, — и кивнула в сторону манекена с жёстким корсетом.
— Момент… — женщина исчезла за тяжёлой бархатной занавеской, прикрывающей вход в служебное помещение магазина, и быстро вернулась с коробкой. — Вот, смотрите.
Короткие, похожие на шортики трусы с тонким кружевом по краю. Топ, напоминающий широкий бюстгальтер с крючками спереди.
— Вот, предложила было новинку местным дамам, но они носики морщат, — швея не то пожаловалась, не то объяснила, почему этот комплект не занял место на витрине.
— Если не очень дорого, я бы купила, — проверяя швы и то, как пришиты крючки, попробовала торговаться я.
— Мадемуазель, у меня есть два комплекта вашего размера и если возьмёте оба, я продам их по себестоимости. Пять франков пара.
Ого! Мы оба саквояжа купили за три франка. Правда, они бэушные, а это всё же бельё… От его качества и удобства будет зависеть моё настроение и самочувствие. К тому же я позже могу снять выкройки с готовых изделий и, купив ткань, сшить себе ещё пару-тройку комплектов. Да и голод мне без этих десяти франков не грозит, как и перспектива остаться без крыши над головой.
Я себя уговорила и выложила на прилавок десять франков. Потом добавила ещё два и выбрала тёплую ночную сорочку самого пуританского фасона, какой был в магазине. Соблазнять мне в замке некого, а мерзнуть не люблю.
Следующий необходимый визит — в обувную лавку. Ботинки, что были на ногах, мне нравились. Удобные, крепкие, тёплые. Но по дому в них ходить не станешь — это уличная обувь. Значит, нужны домашние туфли и комнатные тапочки, в которых смогу до умывальника дойти.
В галантерейной лавке не было зубных щёток. И с удивлением после моего вопроса на меня смотрел не только продавец, но и Ружинский. Опять рот невовремя открыла. Но зато я могу стать «изобретателем» столь необходимой в жизни человека вещи!
Гребень, заколки и шпильки для волос, рожок для обуви, швейные иглы, спицы для вязания, булавки, несколько мотков лент разного цвета на отделку, крючки и пуговицы. По-моему, мы скупили половину магазина. Но, как ни странно, Иван не упрекнул, что спускаю деньги на булавки и шпильки.
Умный мужчина — понимает, что без этих мелочей нормальной женщине жизнь не мила.
В магазине готового платья из разнообразия фасонов я мгновенно выбрала то, что хотела. Простого фасона платье насыщенно-винного цвета. Отрезная юбка колоколом, впереди ряд пуговиц в тон ткани и простой круглый вырез под шею.
Стоило поинтересоваться, есть ли сменные воротнички, как на прилавок выложили ворох аксессуаров разнообразного цвета, фасона и качества. Выбрала три. Кружевной, ажурный и клетчатый, в котором великолепно сочетались цвета основной ткани, белый и зелёный. Вот пошью себе ещё и зелёное платье, воротник будет уместен в обоих случаях.
— Иван Фёдорович, у нас пока есть время? Я хочу ткань купить на ещё одно платье и…. Ну и на всякие дамские мелочи, — изобразив умильную мордашку просящего котика, обратилась я к провожатому.
Бедняга уже был не столько сопровождающим, сколько носильщиком. Саквояжи были полны, и, на мой взгляд, неподъёмны.
— Пошли, — и терпеливый проводник открыл передо мной дверь очередного магазина.
До отправления дилижанса оставалось около сорока минут. Оплатив проезд и два дополнительных места багажа, Ружинский проследил за погрузкой, выбрал самое удобное место у окна и положил на него шляпную коробку.