— Должно быть, они упражнялись, прежде чем начать игру.
— Я тоже так думаю.
Я оставил его у кустов можжевельника и выехал со стоянки. Мне следовало бы ехать прямо в полицейское управление, но я туда не поехал, причиной тому был полученный мною гонорар и в еще большей степени уязвленная гордость или самолюбие, называйте это как хотите. Поехал я на Корнинг Плейс, 15 и у дверей был перехвачен уже знакомой мне горничной. И как в прошлый раз, она направилась узнать, примет ли меня миссис Кун.
Я ожидал в холле возвращения горничной, но она не вернулась. Вместо нее через некоторое время вышел Мартин Фармер — "седьмая вода на киселе". Держался он очень вежливо, но было видно, что я ему порядком надоел. Миссис Кун, заявил он, никого не принимает. Она неважно себя чувствует, и беспокоить ее не следует.
— Какая жалость, — сказал я. — Прошу выразить мое сочувствие миссис Кун, но передайте ей, что мистер Хэнд располагает важной информацией, и это вынуждает его настаивать на встрече.
— Ага? Но, быть может, если вы сообщите мне эту информацию, я смогу позднее передать ее миссис Кун?
Это был критический момент в наших переговорах, и трудно было сказать, получу ли я разрешение побеседовать с миссис Кун или меня вежливо выставят за дверь. Мартин Фармер колебался, взвешивая за и против, наконец, пожав плечами, согласился.
— Пойду узнаю, — сказал он. — Пожалуйста, подождите в библиотеке. Дорогу вы знаете.
Я направился в библиотеку и стал ждать. Примерно минут через пять туда вошла Дульчи Кун в сопровождении "седьмой воды на киселе", иными словами, Мартина Фармера. Он остановился у двери. Она прошла немного вперед. На этот раз на ней была белая блузка и туго облегающие бедра черные брюки. На босу ногу были надеты сандалии без каблуков. Выглядела она, по меньшей мере, весьма раздраженной и явно не намеревалась тратить на меня много времени.
— Мистер Хэнд, — сказала она, — по-моему, я вполне ясно дала вам понять, что наши с вами дела закончены. Зачем вы снова пожаловали?
— Я пришел к вам сообщить, что нашел Мирну. Я думал, вам интересно будет об этом узнать.
На мгновение в комнате воцарилась тишина, никто не двигался и не дышал. Потом Мартин Фармер неожиданно зашевелился у двери, но я не смотрел на него. Я продолжал глядеть на Дульчи Кун. На ее щеках появились малиновые пятна, глаза, оттененные длинными густыми ресницами, блестели. Губы ее беззвучно шевелились, но потом замерли. Казалось, сначала она собиралась оспорить мое невероятное утверждение, ведь Мирна была мифом, но вовремя спохватилась.
— Где? — спросила она.
— Там, где я меньше всего ожидал ее найти.
— Не говорите загадками, мистер Хэнд. Кто она?
— Вы. Вы и есть Мирна, миссис Кун.
— Вы с ума сошли. — Она громко засмеялась, в голосе ее слышалось презрение. — Да, я явно совершила ошибку, обратившись к вам.
— Вы действительно совершили ошибку, но состояла она в том, что вы приняли меня за большего глупца, чем я есть на самом деле. Придумав способ, как убить своего мужа, вы нуждались в свидетеле, который должен был подтвердить существование никогда не существовавшей убийцы. Не очень проницательном свидетеле. Не знаю точно, почему вы остановили свой выбор именно на мне, но, право, жаль, что я не смог вам услужить.
— Вы не такой глупец, как я думала? Да вы во сто крат больший!
— Пусть поговорит, Дульчи, — услышал я голос Мартина Фармера, стоявшего у дверей. Голос звучал вкрадчиво, и я впервые осознал, что имею дело с очень опасным человеком. — Даже глупец может признавать свою глупость, если он обладает ею в избытке.
— Благодарю за высокую оценку моей личности, — ответил я. — Не имеет значения, как я в конце концов догадался, что вы и есть Мирна, миссис Кун. Мне потребовалось на это немало времени, и гордиться тут нечем. Туфельки на шпильках, чтобы увеличить свой рост, ведь во время встреч со мной вы всегда носили обувь без каблука. Белокурый парик; теперь, когда известно, что он у вас есть, полиция без особого труда установит, где он был изготовлен и приобретен. Нарочитая сексапильность всего облика — для вас это было совсем нетрудно. А главное — темные очки, полумрак бара и всевозможные ухищрения, для того чтобы я не смог как следует разглядеть ваше лицо. Вы все время отворачивались от меня, и лицо ваше постоянно находилось в тени. К несчастью для вас, мои уши не в пример глазам оказались на высоте.
— Что означает это ваше дурацкое замечание?
— Секрет фирмы. Если вы не возражаете, не буду его раскрывать. Во всяком случае, как только я понял, что в баре были вы, я догадался, что все заранее подстроено.