Выбежав из казино, Чезаре Кастелла с Гуапой быстро зашагали по разбитому тротуару авеню Гарри Трумэна. Немного отдышавшись, Гуапа спросила:
— Что случилось-то?
На этот раз Кастелла не стал хорохориться. Когда они сели в машину, он сказал:
— Мы пропали!
Посреди улицы Дю Ке в качестве предупредительного знака из кучи грязи торчала большая ветка. Здесь только что произошла маленькая авария: у грузовика сломалась ось, и весь груз — бревна красного дерева — высыпался на проезжую часть.
Малько вышел из машины, углубился в аркады и осмотрелся. Где же Чезаре Кастелла? Доминиканец должен был явиться сюда еще полчаса назад. Уж не сцапали ли его макуты? Он влетел в номер к Малько в час ночи, с перекошенным лицом, заикающийся от страха. Его рассказ вызвал у Малько холодное бешенство. Видя такую реакцию, Кастелла чуть не бросился перед ним на колени и стал сбивчиво объяснять, что он просто хотел сделать ему приятный сюрприз… Вот тебе и похищение! Малько представил себе, в каком состоянии должна быть Амур Мирбале. Желая поскорее избавиться от Кастелла, он назначил ему встречу в половине одиннадцатого на углу улиц Дю Ке и Паве и обещал доставить оттуда в американское посольство.
Он зевнул. Ему пришлось провести не слишком приятную ночь. После визита Чезаре Кастелла он быстро побрился своим "ремингтоном", схватил ультраплоский пистолет, вышел, сел в машину и, поездив с полчаса по совершенно пустынным улицам Петьонвиля, вырулил на темную, незаасфальтированную дорогу, остановил машину и устроился в ней на ночлег. Это было не очень комфортабельно, но безусловно лучше, чем пробуждение в номере гостиницы под пулями тонтон-макутов Амур Мирбале. Проснувшись утром, он почувствовал сильнейшее желание поехать к Симоне. Но разум взял верх. Он поехал куда глаза глядят, петляя по улицам, удаленным от центра города. Каждый встречный гаитянин казался ему тонтон-макутом…
Так где же Кастелла? Устав от бесплодного ожидания, Малько пересек улицу, зашел в кафе "Тропикаль", заказал ром-пунш и попросил разрешения воспользоваться телефоном. Кто знает, может быть, Кастелла уже давно находится в посольстве, и ждать его здесь — значит подвергать себя бессмысленному риску.
Он набрал номер посольства Соединенных Штатов. Слава богу, в кафе не было ни одного посетителя, а хозяин по другому телефону советовался с кем-то о том, какие ставки следует делать на предстоящих петушиных боях.
В посольстве сняли трубку.
— Фрэнка Гилпатрика, пожалуйста! — попросил Малько.
Мертвенно-бледный Гилпатрик еще сильнее сжал трубку телефона.
— Да-да, он убил мать Амур Мирбале. Это просто сумасшедший, дикарь, животное!
Малько был в растерянности. Действительность превзошла худшие его ожидания. В голосе Гилпатрика звучали истерические нотки. По лицу Малько градом катился пот. Он вдруг поймал себя на том, что уже в третий раз оставляет без ответа вопрос Гилпатрика:
— Почему вы назначили ему встречу?
— Он хочет попросить убежища в вашем посольстве.
Мембрана телефонной трубки Малько едва не лопнула. Резидент ЦРУ зашелся в крике:
— Да вы с ума сошли! Никогда этому не бывать. У этого типа даже нет американского паспорта. И после того, что он сделал, ни один дипломат и на милю его не подпустит. Пусть этот подонок разбирается с макутами сам!
Он бросил трубку.
Малько невольно осмотрелся: у него было впечатление, что вся улица слышала крики Гилпатрика.
Разумеется, никакого сочувствия к Чезаре Кастелла он не испытывал. Но моральную ответственность нёс в полной мере: ведь хотя доминиканец и перестарался самым чудовищным образом, кто втравил его в это дело?
Малько положил на столик пять гурдов и вышел из кафе. С горечью осознавая свое бессилие, он все-таки решил еще немного подождать — пусть только для того, чтобы предупредить Чезаре Кастелла, что с этой минуты тот предоставлен самому себе.
Иными словами, обречен.
Чезаре Кастелла остановился на углу улиц Паве и Гамильтон Киллек. В ушах у него звенело. Ему казалось, что с тех пор, как они с Гуапой ушли из Буа-Бернар, где переночевали в заброшенной хижине, прошла целая вечность. Дойдя до центра Порт-о-Пренса и рискнув пересечь Марсово поле перед Дворцом и казармами "Франсуа Дювалье" — вотчине Жозефа Бьенэме, — он короткими перебежками от лавки к лавке двинулся по улице Паве. Спрятав свои рыжие волосы под косынкой и надев темные очки, по другой стороне улицы, чуть поодаль, шла подавленная Гуапа. Время от времени супруги обменивались тревожными взглядами. Хотя никаких признаков опасности не было и все кругом выглядело, как обычно, Кастелла не сомневался в том, что его сейчас ищут все тонтон-макуты Порт-о-Пренса и что, попадись он им в руки, Амур Мирбале прикажет заживо содрать с него кожу. Они с Гуапой решили, что, если им не удастся проникнуть в американское посольство, они попробуют пробраться на английский корабль, стоявший у причала в порту. Может быть, капитан не выдаст их макутам.